Мы потом с мужиками сидели обсуждали этих партизан. Тут конечно царёвы люди сами лохи. В города может приехать кто хочет и когда хочет. Мы вон вообще из другого мира пришли и нас даже ни разу не остановили, не проверили документы, не спросили откуда мы такие красивые. Так что те же самые партизаны могут шастать из леса в города и обратно, когда и где им вздумается. Соответственно узнавать нужную им информацию, сбывать свой товар и передвигаться так, как нужно им.

Не, у царя конечно есть и разведка, и контрразведка и шпионов бывает ловят и облавы проводят, но не хватает опыта, знаний. Сюда бы нашего Диму, Гергича, того же Бондарева, всех тех, кто не один год занимался всеми этими бандитами и жуликами.

— Ну сейчас повеселимся — негромко произнёс рядом со мной Слива отвлекая от мыслей.

В туман вкатывались очень медленно. Через бронестекло хорошо вижу, как этот туман всё ближе и ближе к нашему вагону.

— Странный туман — послышался чей-то голос — как живой какой-то.

Это да, тут я согласен. Смотрю на него через бронестекло и понимаю, что он не такой как обычно. Все мы неоднократно видели туман, ехали через него, просто белое вист и всё, а тут он как бы двигался. Такое ощущение, что где-то там стоят дымовые пушки, которые его выплёвывают, вон ещё клубы появились и ещё. Наш эшелон продолжал медленно двигаться сквозь этот туман. Тут в вагоне слышны только лязги сцепки, перестук колёс, негромкое топтание пацанов и как сидящие в двух башнях за пушками Мамуля и Упырь крутят ручки крутя стволами в разные стороны. И тут в этой почти тишине раздаётся голос Упыря.

— Мужики, у меня пушка перестала крутиться.

Пару секунд тишина, потом голос Апреля.

— Как это? Сломал?

— Да нет, крутил крутил ручку, а тут раз и как будто что-то держит ствол.

На секунду, может на две, я отвернулся от бронестекла, в которое смотрел. И тут, каким-то шестым чувством я почувствовал какое-то движение за стеклом, может даже что-то услышал. Поворачиваюсь к стеклу, а ничего не видно.

— Это чё за хрень? — от полной неожиданности спросил я вслух сам у себя.

Толстое бронированное стекло то было, но его что-то закрыло изнутри, как шторка какая.

— Ай млять — услышал я голос Упыря — кто-то за ствол схватился заорал он во всё горло.

И тут мы услышали выстрелы, много, разом. От бронестекла я аж отшатнулся и тут же увидел, что то, что его закрыло шевелится, у меня аж волосы по всему телу зашевелились от страха.

— Стреляйте вашу мать — заорал Апрель так, что мы со Сливой аж пригнулись — эти твари на нашем вагоне.

Всё произошло очень быстро, сначала стрельба из других вагонов, затем крик Упыря и за ним Апреля. Мля, в бойницу вижу, как в неё что-то пытается пролезть, какая-то субстанция. Ну всё, понеслась. Со всей силы бью стволом автоматом в эту субстанцию. Понимаю, что оно мягкое и давлю на спусковой крючок.