Зависаю, вспоминая кальянную, а Юми продолжает:
— Его в конце прошлого века снесли. Вообще, там ужас что творилось. Мне отец рассказывал. Крепость называли городом-Анархией или раем Триад. Внутри квартала между домами не было даже проходов — только лазейки и запутанная сеть лабиринтов. Там запросто можно было заблудиться и исчезнуть. Сейчас на этом месте парк “Коулун-Сэнчай”. Там даже специально оставили несколько стен и макет Крепости.
— Надеюсь, сейчас подобного нет?
— Ну, проблема жилья всегда острая. Микроскопические квартиры величиной со шкаф — это уже своего рода визитная карточка Гонконга. Вы живете в богатом районе. А пригород перенаселен. Крышные трущобы никто не отменял.
— Ты должна меня туда свозить. Хочу посмотреть на другой Гонконг.
— Вот. Сейчас покажу Крепость Коулун. — достает смарт и, недолго копаясь, протягивает мне.
Скролю жуткие кадры. Все, как говорила Юми. Антисанитария, ужасные условия жизни. Аномалия, слепленная из нищеты и беззакония. Хмурюсь. Но не только от увиденных картин прошлого, где вырос старший Коул. Жалость к нему — лишняя эмоция. Да и унижающая его.
Что-то цепляет. Вызывает негативные ассоциации. Даже настроение упало. На секунду зависаю, пытаясь найти причину.
«Бесова. Ты в коннекте с Тенетом. Возможно, так проявляется наша с ним связь. Ему неприятно это логово — значит, и мне неприятно».
— Вы хорошо себя чувствуете? — пробивается голос Юми.
Дергаю головой, избавляясь от морока.
— Да. Все в полном порядке. — Возвращаю смарт. — Так. Нужно все-таки что-то выбрать. — Переключаюсь на другую тему. — Мне выходить через десять минут.
Перебираю вешалки. Тянусь рукой к темно-синему комбинезону от Тома Форда с широкими штанинами и воротником-халтером. Все-таки байер постарался на «отлично». Каждая вещь уникальна, нравится мне и подходит.
Юми протягивает атласные Маноло Бланик и я вспоминаю, как в прошлый раз, собираясь в ресторан, в знак протеста надела сникерсы.
— Только спортивную обувь не надеваете! — в унисон моим мыслям.
Усмехаюсь. Забираю элегантные лодочки.
На этот раз я не планирую провоцировать Коула. Но не потому, что опасаюсь очередного эксперимента.
Чувствую в себе силу, которая дает уверенность, что со мной ничего не случится. Что я смогу преодолеть любое препятствие, в том числе и от Тенета.
Но не только.
Я не хочу воевать с Коулом или мстить ему. Лабиринт Смерти был своего рода чистилищем. Преодолев которое, я вышла на другой уровень. Да, Коул не пожалел бы. Я могла уйти навсегда. Но злости нет. Напротив, благодарна ему, за его невмешательство. Как бы парадоксально это ни звучало.