— Сомневаюсь, что высокочтимая Райвеза неразумна и недальновидна.

— Хи-хи-хи! Хвали меня больше, Охотник! А ты, — повернулась старуха, резко меняя своё выражение лица и интонации, — внимательнее слушай, что говорят другие. Три! Всего три юнца! Не клановые, далёкие от нашего болотца… и вот уже в этом болотце происходят бурления. Резко и сильно меняется обстановка. Как низко пали мы все, если три бесклановых чужака, среди которых нет ни подмастерья, ни Мастера Боя, могут менять расстановку сил?! И как долго придётся ждать, что на подобные изменения станет способна уже маленькая компанияспециалистов? Думаю, недолго: стоит сдохнуть этой вонючей развалине, Реммицу, который и так явно зажился, и… что тогда, регент? М?

Под взглядом Райвезы Анноле не решилась возражать. Да и… любое возражение стало бы глупой ложью. Или не менее глупой бравадой.

— Вы не хотите продолжения войны, высокочтимая?

— А ты тоже плохо слышишь, что говорят другие? «Сражений лучше избегать, ибо даже выигранный бой возьмёт с победителя плату…»

— «…Если имеется возможность достичь цели без сражения, надо воспользоваться ею», — закончил Мийол.

— Так вы утверждаете, что хотите мира?

— Я?! Нет! — зашипела искалеченная старуха. — Никогда! Не хочу и не захочу! Не смей даже надеяться на это! Я слишком сильно пропиталась войной. Я не смогу оставить мысли о мести. Я засыпаю с мечтами о том, как последний Стаглорен подыхает в муках. И просыпаюсь с улыбкой, если мне снится смерть кого-нибудь из вас, кровохлёбов! Но… я — это ещё не весь клан. А Думартрен нужен мир. Нужен очень давно. Отчаянно нужен! Ради тех из моих родичей, кто ещё жив, ради тех, кто ещё только готов родиться… я усмирю свои желания. И заключу перемирие.

— Почему сейчас, высокочтимая? — спросила Анноле.

— Потому что есть повод. Вон он сидит. Нейтральная сторона в наших дрязгах. Ну и ещё потому, что очень уж случай удобный. Если перемирия просит слабейший — это одно. Но нынче сила за нами. И если вы откажетесь — мы вас уничтожим!

— Каковы ваши условия, высокочтимая?

— Хи-хи. Нет! Так не пойдёт!

— Я… не понимаю.

— Переговоры — через него, — Райвеза махнула рукой в сторону Мийола. — И только через него. Если договариваться стану я, могу не сдержаться. А вот юный Охотник рассудит нас всех и строго, и честно.

— Вы многого от меня требуете, высокочтимая, — сказал призыватель.

— Куда меньше, чем от себя, — отрезала старуха. — Довольно слов! Решай быстро, регент кровохлёбов: перемирию быть?

«Если откажусь, атакует тотчас же. Это смерть. А если соглашусь… наше старичьё тоже сплошь погрязло в ненависти и жажде мести. Как бы не пришлось убивать своих… даже выигрыш возьмёт свою плату… а поражение и подавно.