он. — Понимаешь, девочка… — он запнулся, словно вспомнив о чём-то. — Слушай, а как твоё имя-то? Девчушка удивлённо моргнула, как будто она и не задумывалась над этим вопросом. — Моё имя? — Да, родителями данное. Она слегка покраснела, впервые за это время показав иные эмоции, кроме своего удивительного, несвойственного детям спокойствия. — У тебя не было родителей? — спросил солдат, озвучив свою догадку, но она оказалась неверной. — Были… но… — Они тебя бросили? — Умерли, — слишком спокойно ответила девочка, хотя и было видно, что ей от этого немного грустно. — А имя? — У меня нет имени, — улыбнулась она. — Быть не может, чтоб у тебя не было имени, — нахмурился солдат, даже перестав обматывать ногу. — У всех есть имя и всем его дают. Ты забыла его? — Возможно, — пожала она плечами. — Я была ещё маленькой, когда они умерли. — Ну да, раньше время было другое, — согласился он. Ещё год назад останься ты сиротой, всегда нашлись бы те, кто приютит тебя. Сейчас всё иначе. Оттого оставшись без родителей ещё будучи маленьким ребёнком, девочка вполне могла выжить, так как были бы те, кто прикормил бы её. Сейчас же лишних мест для ртов не водилось. — Непорядок, когда имени нет, — покачал головой солдат. — Имя, это отражение твоей души. Давай будем звать тебя… Клисенциу римбори линоя . — Какое смешное имя, — рассмеялась девочка, прикрыв рот ладошкой. — Где же так детей называют? — Ну… — смутился солдат. — Это и не имя, это старое высказывание. Сейчас этого народа уже нет, но я знавал одного представителя, наверное, последнего, он был моим братом по оружию. Он любил это высказывание. Оно переводится как «Надежда сдвинет горы». — Надежда сдвинет горы? — задумалась девчушка, после чего широко улыбнулась. — Мне подходит, мне нравится. Только длинное больно. — Ну можно и сократить его. Взять по первым буквам из каждого слова. Получится Кли-ри-ли… что-то странновато звучит, не находишь? — Точно, — рассмеялась девочка. — Словно клирик или кто-то похожий. Может последнюю букву убрать? Вернее, сменить на последнюю. — Ли? — Ага, сменить на «я». И получится Клирия, — она хлопнула в ладоши, словно ей это имя идеально подходило. — Клирия, надежда сдвинет горы, мне кажется, что это очень удачное имя. Солдат улыбнулся. Его каменное грубое лицо, широченное как валун и хмурое, как грозовые тучи, стало немного приветливее, когда его губы тронула улыбка. А на душе стало ещё немного теплее оттого, что в этом мире хоть у кого-то хватает силы радоваться. Пусть даже и мелочам. А за его спиной