что хочешь. Она ненавидит и умоляет тебя. Подвешиваешь их в безысходности, делаешь им больно, заглядывая в их большие заплаканные испуганные глаза. Вот она просыпается связанной, ничего не понимает, пытается до тебя дозваться пока ты её раздеваешь, а потом начинаешь ей делать больно. Эти всхлипы, мольбы, унижения, когда ради жизни они готовы на всё. Их отвращение, страх и стыд. Боль и слёзы, когда они визжат и кричат, что уже не смогут. Но все могут… Давай я тебе покажу! Поймаем кого-нибудь, и я тебе такой театр устрою с местом в первом ряду! Она так воспылала этой идеей, что буквально светилась и искрилась от этой мысли. Подойдя ко мне так близко, что нас разделяло несколько сантиметров, Лиа обхватив мою ладонь своими руками и прижав к себе. — Точно, давай кого-нибудь поймаем? В деревне лолек я не могу никого тронуть, не красиво будет, но на дороге… Я сильно щёлкнул её по носу, от чего она аж подпрыгнула. — Лиа, очнись, ты ебанулась? — Но было бы классно! — Лиа, сам выебу. Мне плевать, что ты будешь делать с путниками и путницами без меня, но со мной — нет. В противном случае сделаю тебе клизму. Лиа слегка передёрнуло. — Какой же ты скучный, — буркнула она. — Всю ягоду обломал. Глава 261 Весь остаток дня мы то и делали, что шли по этой забытой дороге, пока наконец Лиа не остановила меня. — Здесь налево. — Куда? — тут же оглянулся я. — Туда, — вздохнула она, словно я её расстраивал своей невнимательностью. — Вон же. — Не-а, не вижу. — Вижу я зато, — подала голос Юи, шагнув сторону. Господи, как ты разглядела это⁈ Я шагнул на чудовищно узкую тропинку, выложенную… камнем? Серьёзно? Это камень? Я чо, на родине оказался, где асфальтируют участок просто тупо посередине бездорожья в самой жопе? Но ладно, хватит шуток, здесь действительно была дорога из камня, хотя между ними уже давно поросла трава и мелкие кусты. Если не знать, что она здесь есть, то и не увидишь. Эта дорога уходила дальше в густой лес и терялась в траве и кустах, но даже тот участок, что я видел, уже говорил о том, как основательно подошли к её постройке. Все камни ровные, практически вплотную друг к другу. Они не торчали, если не считать тех мест, где булыжники вырвало из земли корнями деревьев и выросшими кустами. По ширине я сильно ошибся, она была где-то в полторы телеги, что говорило о том, что это не просто подзалупная дорожка, а довольно оживлённый тракт… когда-то был. И куда она ведёт? — Лиа, куда она выходит? — А, — отмахнулась Лиа. — Проходит лес, потом вдоль какого-то озера и храма