Впереди замелькал народ. Рынок. Дебр сам не заметил, как дошел до центра городка вновь утонув в своих мыслях. Случайные прохожие шарахались в стороны от него, едва завидев на шее кожаную полоску негатора, а редкие лавочники, тут же опускали ставни, стоило ему лишь посмотреть в их сторону.

“Нд-а-а-а-а, дела. Не любят тут нашего брата.” — Дебр опустил голову, уперев взгляд в дорогу. Нечего пугать местных жителей. Он пригладил волосы на голове, попытавшись вернуть прическе хоть какой-то божеский вид. Внезапно ему стало стыдно, за свои порванные ниже колена и замызганные штаны и грязную, почуханую рубашку. Вот вроде всегда старался смотреть за собой и своими вещами, вовремя стирать и штопать в случае чего, хотя если честно он уж и не помнил, когда последний раз, что-то рвал. Но стоило ему на несколько дней уйти в себя, отгородившись от бренного мира, как его вид стал походить на какого-то захолустного пропойцу. В таком виде в банк-то идти стыдно…

— Добрый день, могу я вам чем-то помочь? — Банковский служащий ни одним глазом не показал, отвращения или негодования при взгляде на Дебра.

— Добрый… да можете. — Лесоруб уверенно подошел к стойке. — Я хочу снять свой вклад.

— Секунду. — Клерк, зарылся под стойкой, достав оттуда большую амбарную книгу. — Приложите пожалуйста руку. Спасибо.

Он развернул страницы, и быстро-быстро начал их листать.

— Дебр, сын Владимира. У вас имеется вклад открытый в нашем банке почти десять лет назад, на котором сейчас храниться три золотых и двенадцать серебряных монет.

— Да, все верно. — Кивнул головой Дебр.

— А также вам поступил перевод на восемь золотых. Итого на вашем счету одиннадцать золотых и двенадцать серебряных монет.

Дебр немного опешил.

— Чего поступил?

— Перевод. Секундочку. — Клерк, вновь заглянул под стойку. — Вам пояснительная записка с ним была. Пожалуйста.

Он протянул Дебру небольшой запечатанный конвертик.

“Папа, со мной все в порядке, от казни нас всех спасла Белый Пастырь Силена, она же помогла мне поступить в Духовную Академию в Ясном городе, я буду послушницей. Каждый месяц я буду посылать тебе деньги, с ними можно прикладывать небольшое письмо, ты также делай обратный перевод и пиши, как вы там. За меня не волнуйся, все хорошо, с этого дня начну копить вам на выкупную. Передавай всем привет. Люблю, целую Луна.”

Как он оказался сидящим на полу, Дебр не помнил. Слезы сами лились рекой, от чего промокла вся рубаха, вместе с письмом, которое даже немного порвалось. Но несмотря на это он был счастлив, душа пела и рвалась в пляс, эйфория охватила сознание и кажется весь мир сиял вместе с ним ярче солнца.