Он к ней стал готовиться еще на подходе. Горячее питание, сбор теплой одежды у пассажиров, подготовка кают, сети на борту, чтобы люди из шлюпок могли вскарабкаться наверх, люльки, беседки… Детей поднимали в почтовых мешках. Спасенных разводили по теплым каютам, отпаивали чаем, кофе и горячим бульоном. Три врача тут же приступили к реабилитационным мероприятиям. Все на высшем уровне в столь сложных условиях.
А дальше начались проблемы. Первый шок прошел, люди стали задавать вопросы. Еще поднимали последние шлюпки, а на палубе «Карпатии» уже разыгралась трагедия. Спасшийся председатель «Уайт стар лайн» Исмей тут же спрятался в каюте врача и носу оттуда не казал, иначе его бы растерзали. Выжившие женщины искали своих мужей, многие думали, что стали вдовами, еще не зная, кто смог попасть на «Канис». Рыдания, истерики…
— Списки! Дайте списки! — умоляли они.
Списки? У нас твиндеки забиты, как загоны для скота на бойне, на палубе иголку воткнуть некуда! Как составлять эти чертовы списки?
Люди надеялись, люди ждали. И негодовали — уже пошли обвинения в адрес офицеров «Титаника», не сумевших правильно организовать эвакуацию. Справедливые обвинения! Немного особо прытких мужчин, сумевших как-то прорваться в катера, помалкивали, зато дамы… О, Рострону пришлось покрутиться, чтобы немного сбить накал страстей, но многие дамы не желали покинуть палубу — точно также, как до последнего отказывались садиться в спасательные шлюпки, когда шла эвакуация с «Титаника». Двести разгневанных неадекватных женщин — это страшная сила, доложу я вам.
После семи утра прибыли новые пароходы — «Маунт Темпль», «Бирма» и грузопассажирский лайнер «Калифорниэн», капитан которого благополучно проспал гибель «Титаника», несмотря на то, что его корабль был ближе всех к месту трагедии. После недолгого обмена радиосообщениями было решено, что «Маунт Темпль» и «Бирма» следуют своим маршрутом, «Карпатия» забирает всех, кто в шлюпках, а «Калифорниэн», направляющийся в Бостон, — тех, кто на борту «Каниса». И тут же мы получили новую головную боль — все женатики непременно желали попасть на «Карпатию», даже если у тебя нога переломана. Законное желание — против этого никто не стал возражать. Шлюпки метались между кораблями, отдельные несознательные личности меняли свои желания еще на воде, внезапно решив, что «Карпатия» им подходит больше «Калифорниэн». Дурдом! Шатающийся от усталости Филипп командовал погрузкой, мы с Олей составляли и сводили списки, врачи-добровольцы из числа спасшихся накладывали лубки, а радист не вылезал из рубки, отправляя одно сообщение за другим под храп капитана Гуена, в которого на всякий случай влили поллитра коньяка, когда он очнулся.