— Димитрий Макаров — один из старейших медиумов, а может и самый первый. По-моему, когда случился сдвиг Оси Мира, он уже был слишком бодрым стариком, а может и действующим медиумом. Полагаю, он прожил порядка ста пятидесяти, а то и двухсот лет, и знаешь, у него очень много детей. Старик был тем ещё гулякой. Но, насколько известно нам с Джеймсом, он никогда не интересовался судьбой родственников, и не стремился войти с ними в контакт. Но всё изменилось лет пять назад, когда мы с Джеймсом спасли от полтергейста одну девочку, оказавшуюся дальней пра-пра… в общем, Макаров сейчас называет её внучкой.

Так, похоже, я слегка перестарался с запугиванием, и Мисси решила занять меня часа на полтора, пересказывая то, что я уже слышал от Хухлика. Жаль у меня нет сколько времени. Хотя, мне даже интересно, как она планирует разрулить эту ситуацию. Конечно, не стоит забывать, что я разговариваю с кровожадной ханьё, но вряд ли она опустится до угроз, это было бы слишком. Тем не менее, я терпеливо выслушал слезливую историю о девочке, родители которой погибли, и Макаров взял над ней шефство. Возможно, я просто не понимал контекста, поэтому не оценил широты жеста, но, по-моему, совершенно нормально для старика позаботиться о свой пра-сколько-то там раз внучке.

— Не очень понимаю, при чем тут психушка, — не выдержал я.

— Макаров пообещал внучке, что не станет убегать. У Димитрия очень специфический характер, и он частенько преступал закон, перессорившись практически со всеми семьями, живущими на Золотом. В какой-то момент его объявили в розыск и прибыла особая группа инквизиции для его устранения. Это оказалось не так-то просто, но они справились, и тогда возникла дилемма: Эксперт такого уровня и с таким объемом знаний слишком ценен, чтобы просто от него избавиться, но и в тюрьме такого человека надолго удержать невозможно. Суд шел долго. И в итоге Джеймс, очевидно, не желающий смерти своему учителю, обратился за помощью к его внучке, и та прилюдно взяла с Макарова клятву на крови, что он не выйдет из клиники до тех пор, пока не получит официального разрешения. Или пока самой внучке не потребуется его помощь, но это время ограничивается неделей в год. Вот Джеймс и уговорил её воспользоваться своим правом.

— Интересно, — протянул я. — Тогда у меня созрел один вопрос: зачем он пытается за два дня натренировать меня, чтобы я сам справился с Садако, если может без проблем убить её сам? Ведь может же?

— Да, конечно, может. Вот только внучка по требованию суда взяла с него клятву, что Макаров больше никого и никогда не убьет. И клятва, данная кровному родственнику, настолько сильна, что даже Эксперт не сможет пойти против неё.