— Думаю, в течение часа он точно будет на месте, — решил я взять время с запасом, так как ещё точно не знал, как быстро рекомендованный молодым Суворовым человек сможет подойти.

— В таком случае бой состоится через час на ринге. До того можете приготовиться к бою. То же самое касается тебя, Николай, — даже не поворачиваясь к парню, сказал Гиневард.

— Встретимся на ринге, — процедил Николай, после чего покинул нас обоих.

Стоило парню начать удаляться, как Рязанский снова посмотрел на меня, при этом делая вид, будто ничего не случилось. Странно.

— Вы не возражаете, если мы поговорим с глазу на глаз?

— Хорошо. Я только пошлю своему секунданту сообщение, и можем поговорить, — сказал я, достав телефон и быстро набрав текст получателю.

— Тогда давайте пока что пройдёмся до места, где нам никто не помешает, — улыбнулся старшекурсник, после чего повёл меня почти через всё помещение в сторону двери, которую до этого я даже не замечал.

Это место с каждой секундой мне казалось всё более странным. Чем дольше я здесь находился, тем больше мне казалось, что я становлюсь каким-то рассеянным, раз не замечаю подобных вещей. А я ведь привык в первую очередь полностью анализировать местность вокруг.

Нет, как стану сильнее, определённо изучу это место как следует. Да и нельзя забывать, что не все воспоминания ко мне вернулись и ещё необходимо провести далеко не одну медитацию, чтобы упорядочить внутренний хаос.

Отправив к этому моменту сообщение, я с Гиневардом вошёл в отдельную комнату. На удивление, она выглядела весьма скромно, по меркам аристократов и того, что было представлено наверху в клубе фехтования. Два кресла, стол, лампа на столе, и всё. Скорее уж, напоминало помещение для допросов, нежели место, где с глазу на глаз обсуждают дела.

— Здесь стоит артефакт, который глушит любой звук. Маги ниже восьмого круга нас не смогут подслушать, — объяснил Рязанский, подходя к одному из кресел. — Присаживайтесь, это не займёт много времени.

— Благодарю, — коротко кивнул я, садясь в кресло.

Мы встретились взглядом (насколько это вообще было возможно так сказать, потому что его глаз я по-прежнему толком не видел). Я снова попытался прочитать эмоции на его лице, но всё было бесполезно. Мне даже начало казаться, что этот парень специально прячет эмоции, просто пользуясь особенностями лица для своей же пользы.

— Могу я узнать, почему вы всё же согласились на бой? — не стал ходить вокруг да около Гиневард, прямо задав вопрос.

— Я не хочу обрести славу того, кто в первый же день после поступления в Академию убегает от предложенного поединка, — спокойно ответил я, наблюдая за реакцией парня.