Парня я вспомнил. В следующем году он завоюет золото на «Играх доброй воли», а в полуфинале выиграет уверенно у Роя Джонса. Если кому-то что-то говорит это имя.
Глава 30
На самом деле не всё так страшно. Да, парень выше меня немного, старше года на три, тяжелее на несколько килограмм, но по-настоящему, как я помню, засверкает он позже. И прославится не победой над никому не известным пока шестнадцатилетним Роем Джонсом или семнадцать ему. Золото «Игр доброй воли» –это только старт его карьеры, а в восемьдесят девятом он будет побеждать везде, где примет участие. В том числе и на чемпионатах мира и Европы. Я примерно в это время и бросил спорт. Или это было в девяносто первом? Пока эти мысли ворочались у меня в голове, я разминался. Не собираюсь я без подготовки драться ни с кем.
— Сильно не бьем друг друга, это обычный спарринг, а не бой насмерть, — очень кстати напутствовал проверяющий.
Игорь сразу отдал центр ринга мне, мол, доказывай, что ты годен для сборной, тебя же проверяем. Но я-то помнил, что мой соперник любил работать на контратаках, вторым номером. Поэтому сжал жопку и работаю аккуратно.
— Толя, активнее, первым номером работай! — кричит мне Игорь Леонидович.
Щас! Всё брошу и полезу под контратаки, видение избиваемой груши висело у меня перед глазами.
— Равный бой, — сказал после первого раунда Денис Максимович. — Толя, прибавить можешь?
Ещё один советчик! Видел я все бои моего соперника на Играх доброй воли, ездил как раз поступать в Москву в тот год. И манеру Ружникова помню.
— Он выше меня, руки длиннее, мне невыгодно работать первым номером, и вообще, контратакует он быстро. Если цель у меня победить, то я сам выберу, как мне драться, — вытащив капу, ответил я.
— Умный, — ощерился приезжий тренер. — Вот варит голова у твоего Штыбы! Сейчас вижу — думающего боксёра ты воспитал!
От похвалы мой тренер надулся как индюк, и вид имел такой же гордый.
Во втором раунде я меняю стойку на правостороннюю. Работать могу и так и так. Дело в том, что в прошлой жизни я был левша, а в этом теле — правша, вот и выяснил неожиданно, что сейчас могу работать в обеих стойках, хотя как левша, конечно, хуже — физиология сильнее памяти. Редко такое бывает. Мой сильный удар левой, неожиданный для соперника, прошил защиту и потряс, не до нокдауна, но прилично.
— Отлично! — крикнул некстати мой тренер, ибо этот мой удар и подбадривание со стороны обозлило соперника.
На меня хлынул вал атак, и спасли лишь мои быстрые ноги, которые не только волка кормят. Раунд.
— Хватит! — крикнул Денис Максимович. — Всё что хотел видеть — увидел.