запрет. До того, как проблесковики были объявлены смертельно опасными и неконтролируемыми
чудовищами.
Впрочем, среди продвинутых псиоников всплески интуиции не редкость. Вот этим я и намерена
защищать себя.
— Я почувствовала страшную опасность для принцессы, — тихо, но твёрдо, начала отвечать я. —
Побежала к ней. Я чувствовала, что мы должны стоять именно там, у той стены.
— Я получил данные при разборе завалов, — продолжил командор спокойным ровным тоном, — ваше
решение со всех сторон абсурдно. В академии собрались сильнейшие псионики, владеющие
экранированием. Они прикрыли и себя, и всех, кто был рядом. И держали щиты до того, как их
извлекли на поверхность. Вы тоже владеете экранированием. Разумнее всего было остаться под
щитами старших псиоников, под завалами, и дожидаться спасения.
Да, он всё верно говорит. Только вот интуиция почему-то кричит мне, что допускать этого
было нельзя.
— Более того, — продолжил командор, — я видел, как вы стояли, Мила. Вокруг бой, открытое
пространство, истребители в воздухе, а вы стоите и принцессу за руку держите. Как это
объяснить? Вы собирались отдать её нашим врагам?
Я дёргаюсь, как от пощёчины, краснея и оскорблённо глядя на командора. Я, мою Рину,
врагам?!
— Я понимаю, как это выглядит, командор, — вздёргиваю подбородок, глядя на него в упор,
прямо в глаза, едва дыша от возмущения. — Вам не приходит в голову, что проблеск моей
интуиции в экстренной ситуации побуждал меня вести Рину именно к вам? Как к единственному,
кто лучше всего её защитит?! Именно так это и произошло!
— Проблеск? — уголок губ командора опасно изогнулся, придавая его лицу хищное выражение.
— Проблеск! — упрямо поджимаю губы я. — Это официальный термин для проявления интуиции в
условиях смертельной опасности для одарённого псионика и тех, кто ему дорог! Принцесса — моя
близкая подруга! Очень дорогой мне человек, конечно, я хотела её спасти! Моя интуиция вела
меня к самому эффективному и быстрому способу её обезопасить!
Я сжимаю кулаки, искривляю губы, глядя командору прямо в изучающие меня ярко-синие холодные
глаза.
— Под завалами ещё не известно, когда бы нас вытащили, — продолжаю я яростно, — а тут рядом
вы, блистательный командор Хэлтор, и ваши бойцы. Конечно, вы разгромили вардиранцев!
Конечно, вы нас спасли! Сколько там времени разбирали завалы? Вы забрали принцессу на свой
эсминец намного быстрее!
— Спокойнее, Мила, я вас ни в чём не обвиняю, — вдруг едва заметно улыбается командор.
— Я рада, что не обвиняете, — сбавляю тон я. — Для чего вы это всё спрашиваете?
— Послушать вас, — пожимает он широкими плечами и скрещивает руки на мощной груди,