Заткнись! Она тут, я знаю! Чувствую, сука! - Максим зарычал, его голос был полон злобы и предвкушения. Шаги. Тяжелые, неровные, приближались к ванной. Я зажмурилась, обхватив голову руками, словно это могло защитить меня от надвигающегося кошмара. Ручку дернули. Один раз. Второй. Жестко. С нарастающим бешенством.

-Открывай, сука! - Максим бил в дверь ванной, и каждый удар, казалось, отдавался мне в грудь. И тут... тишина. Резкая. Звенящая. Такая глубокая, что можно было услышать, как по моей коже бегут мурашки. А потом…. потом я услышала рык. Настоящий, утробный, звериный рык, от которого в жилах стыла кровь, а все тело сжалось. повинуясь первобытному инстинкту самосохранения. Затем - оглушительный грохот, словно обрушилась стена. Крики.

Максим заорал. Его крик был пронзительным, полным боли и ужаса. Но он оборвался на полуслове, словно кто-то перерезал ему глотку. Валящийся в дальнем конце коридора. Я сидела на холодном полу, не в силах пошевелиться, прижав колени к груди. Что происходит? Что там происходит? Мой мир, и без того расколотый, рушился окончательно.

-Лиза. - Голос Глеба. Спокойный. Мягкий. Такой, каким я его еще не слышала. Но в нем была какая-то новая, глубокая нотка, от которой все внутри меня сжалось. - Выходите. Все в порядке. Я с трудом встала, мои ноги все еще дрожали. Медленно, осторожно, я открыла дверь. Глеб стоял посреди разгромленной прихожей. Все было разрушено. Мебель перевернута, осколки стекла хрустели под ногами. На костяшках его правой руки, там, где, казалось, только что раздался удар, была кровь. Свежая, темная. Максим лежал у стены, скрючившись, держась за разбитый вдребезги нос. Из-под ладоней сочилась кровь. Он жалобно стонал. Вадик сидел рядом, прижавшись к стене, бледный как смерть, его глаза были расширены от ужаса, направленного не на Максима, а на Глеба.

Он смотрел на него так, как на смерть.

-Если еще раз приблизитесь к ней - убью. - Голос Глеба был низким, спокойным, но в нем звучала такая нечеловеческая, абсолютная уверенность, что даже у меня, привыкшей к угрозам, по спине пробежал ледяной холодок. Это было не просто предупреждение. - Не угроза. Обещание. Максим, это ничтожество, что-то попытался сказать, прохрипеть сквозь боль, но Глеб сделал шаг в его сторону. Всего один шаг. И Максим тут же заткнулся, сжавшись еще сильнее, словно пытаясь стать невидимым.-Уматывайте. Пока я добрый. - Голос Глеба был все таким же спокойным, но в нем прозвучала такая звериная ярость, что Максим с Вадиком, словно подгоняемые невидимой силой, рванули к выходу. Даже не оглянулись. Исчезли в дверном проеме, словно их и не было.