ему капельницу, и я так и не узнала, что именно готовы дать Алексу. – Филипп Девон? – строго спросила женщина-полицейский мужичку, который пришел в себя и теперь стоял, держась за лестницу. – Меня избили, – торопливо сказал он. – Унизили. Я невинная жертва. – Разберемся, – успокоила она. – Вы ехали ночью с выключенными фарами. – Эмм, – он явно не ожидал такого. – Возможно. Готов уплатить штраф. Тем более такой красотке. – Я должна осмотреть вашу машину. – Просторный салон, – осклабил он обломанные зубы. – Особенно заднее сиденье. Нам будет комфортно, малышка. Не обратив внимания на его слова, полицейская твердым шагом направилась к припаркованному под пальмами джипу. Вряд ли там будет что-то компрометирующее. Они с напарником торчали под постом охраны больше недели и наверняка подстраховались от возможных обысков. – Меня подставили! – завопил тощий, едва открыв багажник. – Все сюда! – выкрикнула женщина. – А ну, стоять! Шокер впился ему между лопатками, а потом полицейские помогли выбраться из багажника двум крупным мужчинам в костюмах. – Моя охрана! – воскликнула Сара, всплеснув руками, а собачка снова залаяла, но, утомившись, распласталась на песке, вытянув лапы. – Лив, – позвал меня Эд. – Нам надо поговорить. *** Карл очнулся в чужой машине и первым делом выбрался наружу. Во рту пересохло, и весь он вспотел как собака, а главное — толком не понимал, что произошло. Кажется, тот хмырь пшикнул ему в лицо из баллончика. Карл вышел из-под пальм и, нахмурившись, остановился. Выломанную дверь приставили назад и заколотили досками, весь песок был изрыт колесами, а вокруг не было ни души. *** Мне надо побыть одной — так я сказала Эду, и так было на самом деле. Я испытывала смятение, растерянность, усталость и злость. Особенно злость. Потому что чувствовала себя полной дурой! Я ведь подозревала! Я знала, что он живой! Но потом, когда убедила себя в том, что Эд робот, не хотела видеть правду. Я включила телефон, и он взорвался сотней пропущенных эсэмэсок, а потом зазвонил. Мистер Дорсет — высветилось на экране. – Оливия, ты почему не на работе? – сердито воскликнул он. – Считаешь, что один успешный проект — повод надеть корону и опаздывать на три часа? Останешься без премии в этом месяце, так и знай! И еще два месяца будешь работать на прежней должности. А потом, к новому году, если не будет нареканий, получишь свое повышение. – Я увольняюсь, – сказала я. – Что? Как это — увольняешься? – растерялся он и посопел в трубку. – Тебе ведь так важна эта работа! Да ты ради