— Так не честно… — выдохнул противник, закачался и упал на колени.
— А сам-то? — хмыкнул я. — То магия земли, то арбалет!
Мазок опустил голову на грудь, замер.
Я обернулся, увидел Лектора — ну а кто ж еще стрелял? Зря, конечно. Я бы и сам справился, но с другой стороны мне пока не хотелось объяснять остальным, откуда у меня такая способность. Ну да, Вестник сделал это ранее, но одно дело просто сказать, а другое продемонстрировать.
И вдруг…
— Умри, полуорк! — неожиданно, Мазок вскочил на ноги, ловко ухватил меня жилистыми ручищами за горло и приподнял над землей. Начал душить, рыча, словно дворовый пес. Ну и силища, блин. Вот оно понятие лошадиная сила — одна штука. Во мне весу сто семьдесят килограмм, а он поднял меня словно мешок с гнилой картошкой.
Рука самопроизвольно выпрямилась, уперлась кентавру в грудь. Другой дал ему в челюсть. Результата ноль.
Сконцентрировался. Уперся ладонью ему в живот. Пара мгновений и мощный электрический разряд насквозь прошил тело осатаневшего вожака, проплавив броню и плоть. Кажется, молния вышла с другой стороны, где у кентавра была ж-ж…
Мазок охнул, отпустил меня, а сам рухнул на землю. Тут уже без вариантов — конятина отбегалась окончательно.
Остальные четырнадцать кентавров, не ожидая подобного, замерли в стороне. Они схватились за луки, но не спешили атаковать. Переглядывались, о чем-то говорили. Договор, есть договор. Согласно ему, я победил.
Прошло около минуты, пока, наконец, они опустили оружие, а в мою сторону выдвинулся парламентер.
— Орк! — начал конелюд издалека. — Ты победил! Мазок пал, чего ранее не случалось. Выражаю свое уважение!
Он опустил глаза, скользнул взглядом по все еще дымящейся лошадиной заднице бывшего командира.
— Какие будут требования?
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Барток, Песчаное копыто.
— Хрена себе, имя блин, — поразился я, затем взял себя в руку. — А требование такое — все кентавры, что присутствуют здесь, прекращают заниматься грабежами и переходят на мою сторону, слушают мои указания! Вопросы, возражения?
— Справедливо! — кивнуло копыто, огляувшись к своим. — Мы согласны. Но как быть с остальными?
— Это ты про кого? — уточнил я.
— В нашем лагере, у Мазока есть еще воины. Около пятидесяти кентавров.
— Значит, они тоже теперь подчиняются мне. Ты сам сказал, что Мазок никогда не проигрывал, значит… Я сильнее и умнее его!
— Подтверждаю. — Барток ненадолго задумался. — Не все наши воины были рады исполнять его приказы, многие из них были не гуманны и жестоки. Изначально мы просто охраняли границы наших земель, но потом постепенно превратились в мародеров.