— Кого не сломай? — не понял Краш.
— Топор свой, говорю, не сломай, — отмахнулся я. Вот теперь, когда с языком «почти» порядок, общаться стало куда легче. А вместе с этим пришло и осознание разницы интеллектов.
— А с кем огки не воюют? — поинтересовался я.
— Ну-у… В горах обитают гномы, — задумчиво проворчал Краштуг, загибая пальцы. — У подножия гор есть тролли. С ними мы в хороших отношениях. В степях живут кентавры и таурены. Далеко на юге водились сатиры, но мы давно их не видели.
— А люди есть? — брякнул я, вспомнив, про старую компьютерную игру, с тем же составом игровых рас. Поразительно, насколько все схоже. Ну, с некоторыми вариациями.
— Кто такие люди?
— Маленькие, но кгупнее, чем гномы. С гозовой кожей. В бгоне и на лошадях.
— Нет, таких не знаю, — покачал головой орк, затем на всякий случай уточнил. — Кто такие лошадях?
— Звеги такие, вгоде волков. А эльфы есть? — я решил уже давить до конца.
— Были когда-то, — вдруг произнес Бу-Гор. Оказалось, что он не спал и слушал нашу беседу.
— И что с ними стало?
— Ушли, больше тысячи лет назад. И больше их никто не видел.
— Логичное объяснение того, что вгоде как есть, но его не видно, — пробурчал я, хотя оба орка ни черта не поняли.
— Значит, ваши враги только оггы и угеи? — на всякий случай уточнил я.
— Все так, — подтвердил Краштуг.
— А мир Лианога большой?
— Наши разведчики скакали сорок дней, но края земли так и не нашли, — подумав, ответил Бу-Гор. — С трех сторон наши земли омывает Мировой океан. А в нем полно пиратов.
— Значит, это матегик? — догадался я. — Ну или большой полуостгов.
— Не знаю. Мне все равно.
Я полез в свой мешок, намереваясь взять кусок жареного мяса, но неожиданно наткнулся на сверток, набитый чем-то мелким и пахучим. Сам не знаю зачем, но я скомуниздил его у шамана Кыш-Кинга, когда тот входил в транс, перед самым обрядом. Ну захотелось мне понять, что он там употреблял, хотя раньше никогда даже желания не испытывал пробовать наркоту.
С любопытством вскрыв сверток, я увидел внутри несколько десятков мелких семян, похожих на черный кунжут. Не раздумывая, закинул их в рот и тщательно разжевал. На вкус — хрен пойми что, маслянистое. Чуть горьковатое.
— Что там у тебя, Барриса? — поинтересовался орк.
— Да так, лекарство, — произнес я и проглотил семена. Прислушался к ощущениям.
Вроде бы, ничего не изменилось.
Краштуг громко зевнул. Начал рассказывать о своих подвигах, об охоте.
Вдруг, где-то на севере раздался протяжный звук. Мы с Краштугом обернулись, а Бу-Гор взволнованно вскочил на ноги.
— Что это? — спросил я, вглядываясь во тьму. Зрение стало чуть хуже.