«А орки с гоблинами?»

«Они обитают на верхних уровнях и не спускаются к нему. Он их так же не трогает, ибо это своего рода щит от всяких непрошеных гостей в виде гномов или эльфов. Он может и агрессивный, заводится с полуоборота, но не дурак. Дураков Мелькор подле себя не держал».

«А ты не пробовала с ним договориться? Не по связи, а в живую, сама же говоришь, что он не дурак. Да и потом, у вас вроде одна цель, не?»

«Балроги сначала бьют, потом говорят, Аид. Готмог был единственным, с кем я более-менее из них общалась. Если я появлюсь в Мории, он меня встретит мечом, и называя «позором господина», попытается в лучшем случае выгнать».

«Я смотрю, у вас просто отличный уровень сплоченности», — комментирую, почесывая свою тыкву. Дилемма, однако. И как Гендальф его в каноне только одолел? Не иначе по воле автора вселенной, другого объяснения я не вижу.

«Все еще хочешь туда лезть?»

«Придется. Нам так и так туда надо, не за золотом, так за митрилом…»

Договорить мне не дали. Неожиданно раздался крик гнома со стены:

— Нааааазгууууул! — прокричал дозорный в крепость.

«А вот и наши», — усмехаюсь.

«Видимо нашли твой меч».

«Так быстро?» — удивляюсь.

«Может быть».

— Госпожа Сайрона? — обратился к нам Торин.

— Все в порядке, это мои. Откройте ворота, они не причинят вреда.

— Открыть ворота!

Со скрипом и грохотом, отворились врата. Подождав пару минут, в них въехали девять черных всадников. За спиной Короля-Чародея я сходу высмотрел знакомое голое тело, связанное по рукам и ногам и аккуратно уложенное поперех коня.

— Аид? — окликнула меня Майрона. Повернув голову, молча смотрю, мол, «что такое?» — У меня от тебя мурашки по коже. Ладно эмоции, но хотя бы не улыбайся так, — поежилась она.

— Прости. Просто еще с первого дня в этом мире, я хотел придушить эту голозадую тварь.

— Почему?

— Он столько планов мне разрушил, столько раз чуть не подставил, что я не просто хочу его убить. Нет. Я заставлю эту падлу страдать!

— А я уже начала сомневаться в том, демон ли ты?

— С чего вдруг?

— На моей памяти ты еще ни разу не злился.

— Я дооообрый, — успокаиваюсь и стараюсь показать коллеге положительные эмоции. Правда вышло так себе.

— Ага. И со всей «добротой», ты устроишь ему посмертные муки.

— Может быть.

Спрыгнув с коней, все девятеро направились к нам.

— Моя госпожа… — поклонился он, вместе с остальными. Обойдя назгула по дуге, смотрю на Голлума.

— Ого. Это вы его так? — обращаюсь к Ангмарцу, глядя на Шмыгу. Заплывший глаз, сломанная правая рука, весь в синяках и окровавленных бинтах.

— Нет, господин. Мы его таким нашли у входа в одну из пещер и оказали первую помощь.