Я кивнул, всё ещё не понимая, к чему ведёт Пожарский. Хочет предложить мне помощь и защиту?

— Вот что, Юрий, парень ты неглупый, должен сам понимать, что вмешиваться в дела чужого рода никто не станет, — продолжил между тем Пожарский. — Послушал я брата и вояк его. Все говорят, что как боец ты хорош, умеешь сражаться не хуже бывалых воинов.

Мои брови взлетели к самому лбу. Это же неприкрытая лесть. И от кого я её слышу? От князя Ивана Пожарского, который дружит с министром обороны и вхож в императорский дворец!

— Предлагаю нам заключить союз, — выдал князь, продолжая буравить меня взглядом. — Подкрепим его брачным договором и наконец объединимся. Вместе мы станем сильнее. За нашими спинами поколения аристократов с древней кровью, — кулаки князя сжались, столешница начала крениться, а я невольно подался назад. Мало ли, вдруг стол рухнет прямо на меня. — Мы всегда сражались плечом к плечу, но пришло время закрепить слияние двух родов, что на протяжении веков были союзниками.

— Вы хотите, чтобы я женился на Ксении? — поинтересовался я, прокручивая в голове слова князя.

В его предложении была логика, но не было вопроса, только предложение, которое Пожарский решил закрепить давлением. Даже треск стола был запланирован. Не поверю я, что аристократ в его возрасте может вести себя как медведь после спячки.

— Хочу, не хочу, а по-другому никак, — отрезал князь. — Брат мой тебе этого не скажет, но я скажу. Если не по нраву тебе моя племянница, можешь даже не спать с ней. Заделаешь наследника и хоть сто любовниц имей. Главное, чтобы наши роды объединились, и мы могли помочь тебе на законных основаниях.

— Даже так, — протянул я, задумчиво почесав подбородок. — Мне нужно подумать. Ваше предложение очень неожиданное и, признаться, чересчур заманчивое.

Я же понимал, что не может Пожарский предложить союз только из-за дружбы с моим отцом. Мне нечего ему предложить. У меня ни денег на счетах, ни собственной армии. У меня даже гвардии родовой нет!

И зачем такой союзник влиятельному роду? Быть нахлебником и попрошайкой я не собираюсь. Значит, есть что-то за словами о дружбе и слиянии родов, о чем я не знаю.

Продолжить свою мысль и задать вопросы Пожарскому я не успел. Мой новый телефон, который я ещё не поставил на режим вибрации, зазвонил тревожной сиреной. Этот звук ударил по нервам, ввинчиваясь в мозг.

— Слушаю! — резко ответил я, не глядя на имя абонента.

— Юрий, это Назар, — раздался в трубке напряженный голос Крылова. — В Ордене переворот, твоё назначение тайным эмиссаром я подписал сразу после нашей встречи. Беги из страны. Слышишь меня⁈