— Я был в коме, решение принял Фролов, — произнес он. — Я не знаю, почему он решил забить Загорского. Ты убил Фролова раньше, чем он передо мной отчитался. И то мне об этом рассказали мои же люди, которые там присутствовали.

— Надо же, как интересно, — покачал головой я. — Я-то думал, что только на государственной службе царит бардак. А тут у целого главаря преступной группировки левая рука делает все, что заблагорассудится.

— Да никто уже не верил, что я выживу! — с гневом выплюнул Маэстро. — Фролов моим именем пользовался. Костика, моего самого доверенного человека, предателем выставил, чтобы его под пирс спустили. А сам творил дела за моей спиной! Я только пару дней, как в себя пришел, а эта тварь уже половину моих людей под себя подмяла.

— Так ты мне не только забор починить должен, но и отблагодарить за то, что я твоего предателя уничтожил, — улыбнулся я. — Но разве снимает с хозяина ответственность тот факт, что это не он, а его псина бросается на людей?

Грозно взглянув на меня, он снова вонзил лопату в землю. Грунт тут был не подходящий для таких работ, разумеется. Но меня этот вопрос волновал мало — не мне же копать, в конце концов.

В отдалении зазвучали сирены полиции. Маэстро глянул в сторону въезда на территорию клиники и крепче сжал лопату.

— Лучше бы тебе не отвлекаться, — улыбнулся я, привлекая внимание главаря. — Это за мной, но пока мы не закончим, они нас не найдут. А когда найдут, так мне опять ничего не будет. Потому что если ты думал, что Скворцов мой фанат и благодетель, так новый капитан еще больше от меня в восторге.

— Ты лжешь… — выдохнул мужчина обреченным тоном. — Мне обещали защиту…

— Зачем тебя защищать? — усмехнулся я. — Ты единственное звено, которое может привести следствие в дом Горшкова. Секретарь министра внутренних дел — это очень высокая птица. Все это время, пока ты лежал в коме, а твой Фролов работал на нового хозяина, он не просто так все делал, а выставлял тебя главным виновником. Чтобы я пришел за твоей головой, и оборвал ниточку, ведущую к твоему покровителю.

— Думаешь, я этого не понимаю⁈ — огрызнулся Маэстро. — Думаешь, я совсем идиот⁈

— Ну, тебе хватило ума пойти со мной на конфликт. А ведь могли просто поговорить и все выяснить. Но теперь отступать уже поздно, ты вон сколько всего мне рассказал, сколько всего сделал. Зачем обесценивать твой труд. Копай.

— Всем стоять! — раздался грозный крик, и на поляну, где мы с главарем «Музыкантов» беседовали, вывалилась толпа парней в униформе боевого подразделения Службы Имперской Безопасности.