— А что же насчет массового исцеления? — уточнил я.

— А вы его не открыли, Иван Владимирович, — пояснил Солнцев. — Общество уже знает, что вы несколько недель провели в Кремле, работая с артефактами. А значит, что вы там делали? Конечно же, учились по архивам правящего рода. И когда император дал добро, вы явили артефакты массового исцеления. Понимаете, Иван Владимирович, для тех, кто с вами не знаком, создается такое впечатление, как будто Морова создали Романовы, а конкретно — Виктор Константинович.

— Разумно, — хмыкнул я. — И даже тот факт, что вы перехватили средства массовой информации, стройно ложится в эту теорию.

Венедикт Кириллович покивал.

— Вот видите, Иван Владимирович, статистика не на вашей стороне. А раз так, с чего бы благородному обществу считать, будто вы действуете сами по себе? Не стоит забывать, кстати, и о вашей горячей дружбе с Окуневым. Василий Владимирович, «Косарь», практически легенда, к тому же из весьма обеспеченной фамилии, да и сам сколотил неплохое состояние.

Я молча потягивал кофе, а глава рода Солнцевых вздохнул, отставляя пустую чашку.

— Итак, с любовницей, как я и сказал, ход хороший, — вернулся к теме он. — Еще неплохо было бы зачать ребенка.

— Бастарда?

Венедикт Кириллович развел руками.

— А какая разница, Иван Владимирович? — вопросом на вопрос ответил он. — Первый мальчик в семье, он прямо сейчас сможет стать наследником. Одно наличие сына докажет, что Моровы не вымирают на вас, фамилия не угаснет. А что он не в браке рожден — ну, с кем не бывает. У тех же Дубининых сейчас трое признанных бастардов управляют делами. И знаете почему?

Я приподнял бровь. Не ожидал от Евгения Игоревича. Хотя… Нет, этот старик точно мог провернуть что-нибудь подобное.

— Собственные дети не удались? — предположил я.

— Именно, — подтвердил Венедикт Кириллович. — Пока эти признанные бастарды, конечно, только набираются опыта на управлении подконтрольными Дубининым компаниями. Но кто покажет наилучшие результаты, тот получит статус наследника. Все честно и кристально прозрачно — вопрос в полученной прибыли от конкретной компании.

Я наклонил голову, демонстрируя, что услышал.

— Идея с бастардом мне не нравится, — высказал свое мнение я.

— Мало кому понравится, но у вас, Иван Владимирович, так сложились обстоятельства, — пожал плечами Солнцев. — Будем откровенны, среди ровесниц достойных нет. Старше вас по возрасту девицы либо уже сговорены, либо уже старые девы. Как, например, та же Легостаева. Она, конечно, заключила сейчас помолвку, но мы-то с вами понимаем, что это жест отчаянья.