Глядя за тем, как Антонина Владиславовна уверенно раздает приказы, я усмехнулся. Она действительно серьезно выросла. Больше моя ученица не сомневалась, и окружающие подчинялись ей не раздумывая. Очевидно, что это не только моя заслуга, но все же меня так и распирало от гордости.

Развернув письмо, я спокойно прочел извинения от Анатолия Никодимовича. В ситуацию он особо не вдавался, но я и так все понял.

Зная, что за арест Степана Маратовича его пожелают наказать, Герасимов организовал засаду. Кто бы в такой ситуации отказался от удара по любимой дочери, когда терять уже нечего? Вот только Анатолий Никодимович связался со Службой Имперской Безопасности и устроил нападавшим полный разгром.

Естественно, Мирослава Анатольевна сегодня ко мне не приедет. И за это передо мной Герасимовы извинялись. Взамен я получил предложение посетить их на ужине через пару недель, когда Анатолий Никодимович вступит в должность уже по-настоящему, не в одиночку, а с полным составом Генерального штаба Российской Империи.

Убрав записку во внутренний карман пиджака, я достал из кармана вибрирующий телефон.

— Иван Владимирович, машина подана, — услышал я голос Сергея.

Обернувшись, нашел взглядом «Коршун», припаркованный неподалеку.

— Я скоро буду, — ответил я, прежде чем выключить телефон.

С неба посыпался крупный снег, и я вдохнул полной грудью. Мой взгляд не оставлял спину Антонины Владиславовны. Мыслей в голове никаких не было, только приятная пустота, которую ощущаешь, когда осознаешь, что твоя работа закончена и ты полностью удовлетворен результатом.

Да, ей еще есть чему поучиться с точки зрения магии, но теперь я был уверен, что моя первая ученица справится. Я ей уже не особо нужен — копию всех своих учебников я передал в Службу Имперской Безопасности, так что встречаться со мной ей вовсе не обязательно.

Убрав телефон в карман брюк, я развернулся на пятках и пошел к своей машине.

Что ж, как и любому преподавателю, мне одновременно и грустно, что наше обучение закончилось, и Жданова теперь отправится в суровый реальный мир. И в то же время — я чувствовал за нее гордость.

Мало у кого хватило бы духу изменить себя, не сломаться и выстоять.

Ну а меня ждал ужин. Пусть и не в компании приятной собеседницы, но оставаться голодным я не собирался. А завтра напишу капитану Службы Имперской Безопасности, что мне больше нечему ее учить.

— Какая погода хорошая, — произнес я, прежде чем сесть на заднее сидение «Коршуна».

* * *

Я лежал на диване и щелкал пультом каналы. Как и ожидалось, случившееся вчера нападение на кортеж Герасимовых никто не освещал. Кому интересно, что на дочь главы начальника Генерального штаба Российской Империи попытались напасть? Гораздо важнее, как идут переговоры между нашим государем и кайзером Германии, который всерьез испугался возможной агрессии.