Главный поставщик артефактов в силовые структуры Российской Империи крепко пожал ладонь Титова, затем повернулся к Тихомирову.

— Вы меня заинтересовали, господа, — произнес Герман Мстиславович, отпустив ладонь Алексея Андреевича. — Так что я вас внимательно слушаю.

Усевшись на диван напротив собеседников, Панфилов щелкнул пальцами, призывая сотрудника, и тот поставил перед новым гостем бокал с уже налитым коньяком.

— Итак? — приподнял бровь Герман Мстиславович, когда слуга удалился.

— Нам стало известно, что вы ищете специалиста, который накладывал особые печати, — буднично сообщил Давид Савельевич. — И так уж вышло, что мы знаем его.

— Вот как, значит, — улыбнулся Панфилов, после чего приподнял свой бокал. — Что же, господа, тогда мне действительно интересно. Чего вы хотите за эту информацию?

Тихомиров вздохнул, но Титов даже не удостоил его взглядом.

— Нам нужен год, Герман Мстиславович, — ответил Давид Савельевич. — Год поставки ваших артефактов через наши каналы. Согласитесь, это не много в обмен на имя того, кто едва не отправил вас на тот свет.

— Да, действительно, — кивнул Панфилов. — Если вы готовы участвовать в поставках и можете обеспечить нужные объемы перевозок, я не возражаю. Я все равно в скором времени буду расширяться, и мне потребуются новые партнеры. Почему бы и не вам ими стать?

Титов удовлетворенно улыбнулся, после чего дал знак Алексею Андреевичу. Тихомиров вытащил из своего дипломата небольшую папку.

— Это оригинал личного дела, Герман Мстиславович, — объявил Давид Савельевич. — Его исправленная копия сейчас ходит по рукам многих дворянских фамилий. Но вам ни к чему ждать, пока получится сопоставить события, места и имена.

Панфилов открыл папку и взглянул только на одну строчку.

— Что же, господа, премного благодарен, — произнес он. — А сейчас позвольте вас покинуть, меня ждут дела.

Титов переглянулся с Тихомировым, когда Герман Мстиславович удалился достаточно.

— Вот видишь, все прошло отлично, — произнес Давид Савельевич, прежде чем залпом допить свой коньяк.

Он поставил бокал на столешницу и поднялся на ноги. Алексей Андреевич отвел взгляд от своего соратника, а потому упустил момент, когда лицо Титова замерло с удивлением, кожа побледнела. Тихомиров поднял голову лишь в тот момент, когда Давид Савельевич захрипел, роняя пену изо рта, и рухнул на пол.

— Медиков сюда! — крикнул Тихомиров, привлекая к себе внимание.

Панфилов обернулся уже около лифта. Увидев, как вокруг мертвого Титова вертится куча народа, Герман Мстиславович усмехнулся.

— И кто вам сказал, Давид Савельевич, что вы самый хитрый? — произнес он, наблюдая за тем, как от покойника отходит дежурный медик. — Погоди еще, скоро к вам и остальные присоединятся.