— Ацунори-сан, — твердо произнес Кан. — В этом случае я прошу вас указать, что в клан Теннай входит небезызвестная Семья Инь. И последствия таких решений могут быть крайне… опасными и непредсказуемыми.

— Ну, Кан, все же не стоит забывать, что Унарё… да, проклятье, Теннай, даже не клан Тору, — ответил Ацунори. — А наш клан вполне способен обеспечить собственную безопасность даже от… каких… вот этих Инь.

— Комаки, да, Ацунори-сан, — заметил Хиого Кан. — А коммуникации?

— А вот для этого есть Сага, Кан! — слегка раздраженно ответил Ацунори. — А Теннай не имперский статус имеют. И я думаю, флотом уровня дорагон не обладают. Так что, все-таки, нужно договориться, Кан. Это и в интересах Теннай, в том числе, донеси им это.

Ацунори коротко кивнул и пошел к выходу размашистым шагом. Когда за ним закрылась дверь, Кан буквально осел в кресле.

— Проклятье, — пробормотал он.

— Кан, может сначала поговорить с этим, Каяхара Гюто? — предложил ректор. — Он мне показался человеком достаточно опытным. И понимающим. Возможно, он сможет повлиять на молодого главу?

— Этот опытный человек, Хао, проиграл…тому самому молодому главе, — сухо ответил Кан. — Причем, с треском, имея преимущество. Это я про «повлиять». А вот у нас, как я посмотрю, наблюдается некоторое головокружение от собственной значимости.

— Но Теннай действительно лишь… ладно, Китцу, — заметил ректор. — Не Тора даже, все-таки.

— А вот я не уверен, Хао, — Кан пристально посмотрел на ректора. — Понимаешь? Я не уверен в том, что мы сможем диктовать Кусаби условия. Хотя бы потому, например, что он очень молод. И может попросту наплевать на последствия. И если не победить, то доставить максимум неприятностей. А под ним сейчас, внимание, треть провинции.

— Ну, союзники быстро исчезнут, когда узнают, кто противник, — заметил Хао.

— Да? — хмуро произнес Кан. — Хао, один момент. Почему Сага никак не отреагировали, что в клан Теннай вошла Семья Инь? Семья, из которой сами Сага иногда берут своих агентов?

Ректор задумался.

— Почему ты тогда этого сейчас не сказал? — спросил он, наконец.

— Потому, что это отбросят, даже не попытавшись обдумать, — ответил Кан. — Видят лишь мелкий клан, который слишком наглеет. И обрати внимание, Кайма ведет себя слишком… отстраненно. А ему про Инь отлично известно. Но, тем не менее, он допустил то, что произошло.

— Ну, говорить все равно придется, Кан, — примирительно произнес ректор. — Возможно, Кусаби все же пойдет на уступки? Он только что, как ты говоришь, войну закончил. Вряд ли ему сильно захочется еще воевать, да еще с большим кланом. И без шансов победить.