— Кстати, а они тут прям напичкали, — произнесла Райви, оценивая количество боевых станций. — Только… Чё это они у них разные все?

— Они всё время ждали нападения, — произнёс Денис. — Потому что Тибрит чётко ненавидит коммунизм. Точнее даже не сам коммунизм. А сам принцип иерархии с личной ответственностью.

— У русских тоже бардака хватает, — хмыкнула Райви.

— А где его нет? — ответил Кусаби. — Но русские же ещё привлекали иллири. Как ты думаешь, они с Земли сбежать сумели? Я вот читаю их историю…

Парень кивнул на голоэкран.

— И понимаю, что они всё время балансировали на краю, — продолжил Денис. — То иллири сумели задействовать. То альвов, чтобы те показали пальчиком, когда земные корпорации собрались их раскатать. И постоянно покупали всё, что могло им хоть как-то помочь отбиться и до чего могли дотянуться.

— Ну, да, — хмыкнула опять Райви. — А это значит, что барахла им втюхали прилично.

Денис убрал голоэкран, потянулся.

— На самом деле, они действовали чётко по старой, проверенной схеме, — произнёс парень. — Но в прошлый раз у них было ресурсов побольше. В сравнении.

— Это когда в прошлый раз? — не поняла Райви.

— В двадцатом веке, — пояснил Денис. — Русские совершенно логично подтянули тот опыт, так как он был успешный. Но сейчас противник просто на порядки сильнее. И тот опыт, к тому же, работает только при наличии Идеи. Они взяли старую, но… Те же китайцы. У них совершенно другой коммунизм. Очень сильно похожий на религию.

— Разные менталитеты, разные религии, — вставила Шень, с лёгкой улыбкой.

Да, кстати. Бывший подполковник госбезопасности тех самых китайцев. С Бэйдзина. Понятно, откуда Денис достал исторические справки, причём такие, которые не пропаганда, а факты? К тому же и от русских он затребовал такие данные. Чтобы сравнить. И вот сейчас он читал этакую сводную историю, прогнанную Олегом Шелеховым через анализ. Союзы, доверие — это хорошо. Но принцип информационного превосходства никто не отменял…

… Челнок приземлился не просто на площадку, а на подземную. А оттуда они вышли в подземную же галерею. Такого размера, что по ней свободно можно было перемещаться на флаере. Что, собственно, и произошло.

Летели минут пятнадцать, не спеша, километров тридцать в час. То есть км семь-восемь пролетели. Причем имелся небольшой уклон. То есть они еще ниже опустились под поверхность планеты.

А далее, любой, кто бывал на космической станции, узнает интерьеры. Широкий главный проход, второстепенные поуже. А технические коридоры совсем тесные, только-только одному пройти. Светло-серые панели стен, чуть темнее тоном покрытие на полу. На потолке тускло светятся панели.