Теперь в воображении Чана пьяный русский бизнесмен охаживал банным веником медведя, который нежился на полке в бане.

— Уф-ф…

— Что-то не так?

— Всё нормально. Давайте согласовывать поездку.

* * *

Когда я открыл глаза, выяснилось, что спал я совсем недолго. Не более часа. Но при этом стало неочевидно, разговаривал я с хомяком или мне всё это привиделось. Впрочем, я склонялся к тому, что мы действительно разговаривали. Остался некий осадок, который всегда присутствовал после наших встреч.

Правая рука по-прежнему не двигалась.

И вот это уже действительно было странно. Дело в том, что не было никаких болевых ощущений. Вообще никаких. Руки, словно и не существовало вовсе. Как будто все нервные окончания из неё выжгли в один единственный момент.

Я сел к компьютеру. Нужно было срочно действовать.

Вот интересно, я и раньше действовал. Но при этом я, не торопясь, выстраивал надёжный фундамент для будущего. Да, я креативщик, но при этом терпеть не могу, когда что-то сделано тяп-ляп. А теперь мне приходилось торопиться.

И снова проблемы. Я привык печатать двумя руками, а теперь приходилось довольствоваться одной рукой. Поняв, что это будет слишком долго, я воспользовался голосовым вводом.

Итак, примерный план действий у меня был. Он давно доходил до готовности в моей голове, но теперь разговор с хомяком словно подстегнул работоспособность мозга.

Первым делом я набрал человека, ответственного за создание компьютерной игры.

— Привет, Гису, — сказали мне из трубки, — тыщу лет тебя было не слышно.

— Если что, я не Гису, — ответил я усмехнувшись. — А Чонг Хи.

— Понятно. Топор говорил что-то такое.

— Угу. Как дела с игрой?

— Постепенно загибается, хотя мы постоянно вводим разные новые фичи. Но народопоток сокращается. Думаю, ещё год-полтора и всё, кранты.

— Есть предложение, как это изменить.

— Ну-ну, интересно.

Я сосредоточился, на несколько секунд закрыв глаза. Именно в этот момент я почувствовал болезненную тяжесть в черепе. В районе левого виска.

Интересно, а с чего я решил, что новая реальность может ограничиться только моей правой рукой? А что, если откажет голова? Нет, сейчас об этом думать нельзя! И всё же эта боль была слишком похожа на ту, из другой жизни. Пусть и немного в другом месте.

— Мы должны ввести некоторые дополнения. Во-первых, в ткани самого мира игры должен появиться храм.

— Так-так, я записываю.

— Пусть это будет что-то вроде пирамиды, увенчивать которую будет голова хомяка.

— Хомяка? Может быть что-то более… ну брутальное что ли?

— Нет, именно хомяка. Только давай так, — я даже хохотнул, — пусть эта голова будет внутри колеса.