Она не просто не могла представить себе жизнь без отца, она даже не хотела думать о таком. А между тем пришедший на вызов доктор был настроен весьма негативно.

— Хорошо, я сделаю всё, что нужно. Давайте договоримся, как и что мы организуем.

Врач оставил подробную инструкцию, что нужно будет делать, ворох рецептов и уехал. А Юми осталась наедине с чем-то огромным и тяжёлым, накатывающим на неё. А также с дремлющим отцом, который впервые на её памяти выглядел столь болезненным и беззащитным.

Она взяла телефон и набрала номер.

— Сонъюн, здравствуй, не отвлекаю?

— Нет, Юми, что нужно?

— Извини, что во внерабочее время, но у меня тут небольшой форс-мажор, хочу, чтобы завтра за главного был ты. На работе я вряд ли появлюсь.

— Это на один день?

Голос его был исключительно рабочий. Он не радовался, не огорчался свалившейся ответственности, просто уточнял.

— Пока не знаю, — Юми действительно не знала, сколько это всё может продлиться. — Надеюсь, что на день. Если что, завтра тебе перезвоню.

— Хорошо, принял, — ответил подчинённый. — Это всё?

— Да. До связи.

Отключив телефон, Юми увидела внимательный взгляд отца, наблюдающий за ней.

— Что сказал врач? — спросил он слабым и даже немного дрожащим голосом. — Зачем ты отпрашиваешься с работы?

— Всё хорошо, пап, — девушка попыталась улыбнуться, но получилось у неё это откровенно плохо. — Доктор сказал, что есть какие-то проблемы, ну это очевидно. И завтра надо пройти обследование. Поэтому я и отпросилась. Завтра мы с тобой поедем в медицинский центр, где…

— Прости, но я никуда не поеду.

— Что⁈

— Да послушай меня, это просто слабость. Ну что-то где-то в организме не сработало. Так бывает. Я сейчас просто подольше отдохну, полежу и всё пройдёт. Завтра мне предстоит подписание очень важного контракта. И в отличие от тебя, я это делегировать никому не могу, так что — нет. Занимайся своими делами.

— Отец!..

Юми поняла, что сейчас готова либо взорваться, либо вообще расплакаться. Ни то, ни другое было недопустимо, поэтому она замолчала и несколько раз глубоко вдохнула, выдыхая плавно и не торопясь.

— Дочь, я понимаю твои чувства, — продолжал тем временем Ду Бон Нам, глядя на неё с теплом и любовью. — Но ты зря волнуешься. Это просто переутомление. Я уже чувствую себя нормально, так что не нужно всех этих движений с больницей и всего прочего. Завтра я буду в полной боевой готовности, и всё станет так же, как и раньше.

— Нет.

Юми произнесла это слово так чётко и резко, как не произносила никогда в жизни. А особенно в разговоре с отцом. И от того, как девушка это сказала, Ду Бон Нам даже вздрогнул. Он увидел перед собой жёсткого и очень прагматичного бизнесмена или политика, который отстаивал свои интересы до последнего.