Через двести метров запах стал сильнее, а до слуха донёсся звук заработавшего механизма. Всё же Август добрался до выхода.

Поворот, рывок и вновь бег. В конце туннеля показалась дверь, которую Валевский всеми силами пытался закрыть. Он тужился, напрягался и обливался потом. Увидев меня, со страху добавил усилия. Оставались считанные секунды до того, как он закроет дверь. Просвет, за которым виднелся свет луны и звёзд уменьшался…

— Сука! — прорычал я, понимая, что не успею, и пригубил ампулу.

Не теряя скорости, допил оставшуюся кровь, опустошив сосуд. Животный рык покинул горло, глаза вспыхнули кровавым светом, а тело налилось мощью и ускорилось в разы.

Дверь закрылась, туннель вновь потонул во тьме. С той стороны послышался облегчённый вздох Валевского.

Я крепко сжал зубы, ещё сильнее взял разбег, и лишь на короткий промежуток времени… Дал волю голоду.

— РГХА!!!

На полной скорости, подобно тарану, я влетел в многотонную дверь и просто снёс её к херам, как никчёмную преграду. С громким грохотом та улетела в дерево, сломала его и покатилась по лесопосадке.

— Призрак… — попятился Валевский, неверяще смотря на меня. — К-как ты смог?! Эта дверь из титана! Кто ты такой?!

Он был бледен, зрачки расширены, как у наркомана, по лицу стекали крупные градины пота.

— Стой на месте, — сделал я шаг к нему. — И сдохнешь быстро.

Конечно же, Август не послушал и побежал от меня в сторону деревьев. Инстинкт выживания в такие моменты зашкаливает. Особенно у подобных людей.

Я ухмыльнулся и одним рывком догнал его, после чего хотел схватить за шею. Август не должен был среагировать… Но он пригнулся! С лёгким торможением, но пригнулся, и моя рука поймала пустоту!

Какого?!

Впрочем, второй раз он так уклониться не смог, и я схватил его, подняв над землёй.

— Кха… П-пощади… Я-я… — хрипел Август, вцепившись ногтями в мою руку, трепыхая ногами.

— Знаешь, Август, — прохрипел я и наклонил голову набок. — Наёмник должен выполнять задание, раз уж взял его. Считай это профессиональным принципом.

Голод всё настойчивее требовал выпотрошить этот кусок мяса и осушить, но я держал его в узде.

Свободная рука взялась за тесёмки небольшой сумки, развязала их и вынула идол Амона.

— Прекрасный сервис, не правда ли? — хмыкнул я. — Доставка на дом и… Вручение!

Удар постаментом, вскрик боли Валевского, брызги тёплой крови, стекающие по моей маске. Я начал забивать Августа, как животное, буквально пробивая статуэткой его башку… Лишь когда в моей руке осталось ещё агонизирующее мёртвое тело, а идол был полностью в осколках черепа и кусочках мозга, отпустил его.