— Проклятье, — пробормотал князь, прирастая к креслу. — Даже не знаю, что еще сказать. Достал-таки.

— Удивлены? — рассмеялся гость. — Признаться, я настраивался на более тяжелое проникновение в ваш дом. Но чародеи оказались совершенно никудышными. Сомлели наравне с обитателями.

— Вы пришли убивать меня, барон? — страха у Захарьина не было, даже сосущая под сердцем тревога куда-то убежала. — Не оценил я вас, Никита Анатольевич. Не оценил.

— Давайте поговорим конструктивно, Данила Васильевич, — черное пятно дернулось, расплылось в пространстве и снова замерло. — Меня очень огорчает, что вы прилагаете столько сил, чтобы сжить меня со свету, хотя я и прямо, и косвенно не причастен к событиям прошлых лет. Мне просто повезло (или не повезло) родиться вдали от своей Семьи. Я появился в Вологде не для того, чтобы мстить своим кровникам. Задача вполне прозаическая: вернуться к Роду. А вы стали причиной, по которой я вынужден отвлекаться от главного дела. Зачем мешаете?

— Не совсем понимаю, — признался Захарьин, поджимая пальцы ног в тапках. Холод играючи и туда пробрался. — Если в вашем появлении кроется какая-то тайна, я готов выслушать ее и принять окончательное решение.

— Нет, так не пойдет, — голос построжел. — Диктовать условия придется мне, потому что жить в постоянном ожидании удара в спину мало кому нравится. Пока же я просто предлагаю завершить вековые разборки между Родами и разойтись миром.

Захарьин улыбнулся. Странная попытка без энергичного давления, шантажа и выбивания условий. А ведь Назаров в выигрышном положении. Мог бы похитить детей, например, чтобы через них ломать князя. Вместо этого сидит в кабинете и рассуждает о каком-то примирении.

— Я не могу забыть кровь своих родственников, убитых Назаровыми, — князь лихорадочно искал возможность отключить магические воздействия на своих людей, чтобы они проснулись и прибежали на помощь. Но пока не получалось. Удивительно прочная блокировка стоит. — У нас шла вражда до полного уничтожения. Кажется, мне удалось победить. Ан, нет. И после этого вы, единственный потомок мертвого рода, предлагаете мне мир? Да уж лучше убейте меня, барон, в этом кресле. Так будет справедливее и понятнее.

— Хм, вы совсем меня не понимаете, — Назаров говорил спокойно, не повышая голос, с какой-то ленцой. — Князь, вы вообще интересуетесь, что происходит вокруг вас? Или решили запереться в своей норе и сладострастно кусать меня? Не жалко терять людей? Сколько уже магов погибло? И до сих пор не остановитесь?

— Не стоит кичиться своими способностями и силой, — передернул плечами Захарьин. Дьявольщина, до чего же холодно! — Даже на такого прыткого можно узду накинуть.