— Да, конечно.

— Здесь ее воплотили в буквальном смысле, — продолжил Адам, — скорость регенерации на 75% быстрее на своей территории, а при достижении 5% здоровья, хозяин поселения каменеет, разрушить камень практически невозможно, у меня не получилось. Он остается камнем до полного восстановления, а при пробуждении получает бонус на скорость и неутомимость. В общем, хозяин поселка у себя практически царь и бог, в прямом смысле стены его защищают, хотя в их случае, в прочем как и в моем, это ров.

Адам замолчал, пытаясь справиться с эмоциями и нахлынувшими воспоминаниями, а я задумался. Выходит ров имеет не только оборонительную функцию, он еще и обозначает границы поселения, на территории которого Адам практически бессмертен. Может и стоит принять его предложение о передаче поселка. Промелькнула мысль, что это не спасет от очень глубокой ямы или железной клетке, в которую меня так легко запихнуть, ну уж нет, быстро и хорошо не бывает.

— И тут понимаешь я узнал, что ты можешь возвращать из умиротворенного состояния, ты можешь вернуть Жеку, — с болью в голосе произнес Адам.

Мне стало неловко, нет гарантии, что смогу, и что нам позволят это сделать те два брата, да и как вообще все сложится.

— Я могу лишь попытаться, но дерево бы быстрее и лучше справилось, чем я, — сказал я, не особо надеясь, что он меня расслышит и не проигнорирует.

— Не позволят они мне его забрать, — обреченно выдал Адам, — эти сволочи решили его доконать.

Постоянные напоминания о кровном родстве заставили вспомнить супругу, маленькую дочку. Вот оказывается как, у кого-то сюда и родственники попадают.

Адам так странно посмотрел на меня будто мысли прочел.

— Он мне не кровный брат, — объяснил он, — мы встретились в этом мире.

Я обомлел, но он сделал вид, что не заметил и продолжил:

— Меня потому и называют Адамом, что я первый человек в этом мире.

— Первый? Реально первый? — вырвалось у меня.

— Да, — печально ответил Адам, — я, как и Жека, мы не заключенные, а создатели этого мира.

— Э-э, а почему вы тогда здесь? — спросил я.

— Понимаешь, мы были молоды, увлеченными натурами. В душе испытатели и одновременно нетерпеливые гордецы. Мы занимались разработкой препарата ускоряющего сознание человека. И когда мы уже посчитали, что достигли нужной фазы, то применили препарат на себе, дабы доказать, что он работает, а иначе нам бы обрезали финансирование.

Я с интересом замер, слушая откровения главного, но он вдруг замолчал. Адам глянул на меня со смесью жалости и превосходства:

— Мы вдвоем сделали прорыв, — продолжил он.