— Холошо! — я сжал телефон.

Она снова вздохнула. Повисла тишина. Бабушка действительно серьёзно задумалась, стоит ли меня туда отправлять.

Это не школа кунг-фу. Не школа бокса. Это, наверное, и вовсе школа жизни.

Тяжёлой и суровой.

И там был мой прадедушка! Бабина любовь! А я уверен, в слабосилка и нюню она бы не влюбилась.

— Ладно. Записывай.

* * *

Мы с мамой шли по двору.

Стоял ещё день, поэтому было светло, но впервые я испытываю такую… тревогу.

Мы ехали сорок минут прямо на край города. Я впервые здесь. И впервые вижу такую жизнь.

Странные панельные дома, странные дороги. Везде неприкрытые мусорки. Куча шпаны, куча подозрительных личностей. И постоянно какие-то звуки! Собаки лают в другом дворе. Какие-то пацаны ржут возле качелей. Всё старое!

Надо было дожидаться отца и ехать вместе, блин. Мне стрёмно. Я впервые на окраинах.

Но уже поздно — мы пришли.

Спортивным залом было обшарпанное здание с отваливающейся побелкой. К нему вела дорожка, а по бокам от неё стояли наваленные шины. Для отработки ударов?

Однако, удивительно — мусора не валялось.

— Нам точно сюда?.., — пробормотала мама.

— Влоде…

Но меня смутила компания парней лет шестнадцати возле входа. Они были в спортивных растянутых костюмах и с сигаретами в руках. Их было четверо.

Плохо. Смотрят на нас. На ребёнка и красивую девушку.

Мы подходим к двери, дёргаем, и… она закрыта.

— Эй, шкет, куда идёшь? — слышу в спину.

Ожидаемо. Поэтому удаётся не дёрнуться от неожиданности — я был готов.

— Мне сказали тут тленилуют.

— «Тленилуют»? — передразнил он, а потом засмеялся, — А это, свою сестру старшую привёл? Эй, красотка попастая, ты-то куда?

— Следи за языком! — огрызнулась мама, — И не сестра, а мать!

Все переглянулись. А затем… хором заржали.

— У-у-у, смотрите, мальчик привёл мамочку! Утю-тю! «Мама, мама, защити меня от злого тренера! Мама, проводи меня за ручку!». Пха-ха-ха!

Все ржали.

Было стыдно. Правы ведь. Только за ручку мы не шли, а в основном — так и есть. Меня одного не отпускают.

— А чё, батя где? Нет что ли? Ну мы понимаем — почти у всех его нет. Сваливают, уроды. Присунут и всё, тю-ю — пропадают. Ну это ничего! Эй, мамуль! — свистнул он, — Может это… мелкого на тренировку, а ты с нами?

— Ч-что? — она распахнула глаза.

— Да не ломааайся! Тебе же ну максимум… сколько? Восемнадцать? Больше не дадим! Почти ровесница! Давай с нами! Мелкий пока потренируется, а мы того… по пивку. Ну?

— Идиот что ли? Себя слышишь?

— Все вы недотроги! Сама где-то нагуляла в таком возрасте, хрен пойми с кем, а сейчас строишь из себя! И следи за языком!