Мама кивнула, и пошёл активный процесс, в котором мне оставалось лишь лежать, смотреть в потолок и время от времени приподнимать попку, чтобы штаны удобнее надевались.
Не, порой быть карапузом хорошо.
* * *
Два часа дня. Та же квартира.
Старухе процентщице никогда они не нравились. Наверное потому, что появились из ниоткуда и что-то явно умалчивают!
Или, наверное, потому что она не любит красивых людей. А они, скотины, все как на подбор! Высокий статный красавец, миниатюрная милашка с большими глазами, а малыш и вовсе — всё от всех взял. Пиздюк. И смотрит ещё так… осуждающе. Вот он и есть самый подозрительный!
И вообще, почему они такие счастливые⁈ Старуху это бесит!
— Ну сволочи, плату за месяц-то подниму! — она нервно открывала дверь в квартиру, — Эй, есть кто⁈ Почему на шум ночью жалова…
Пусто.
Телевизора нет. Микроволновки нет. Никто не отвечает.
Старуха медленно пошла по квартире, заглянула в пустую спальню родителей, а затем…
— Это… ЧË ЗА ХУ…
В детской комнате стены не было. Расплавилась. И малыша с кроваткой. И ничего тут не было!
Крови и трупов тоже. Но старуха об этом даже и не подозревала.
* * *
— Ну вот, Мишутка. Наш новый дом, — мы зашли в квартиру.
«Нда уж…», — я вздохнул и огляделся.
— Ага… — мама тоже вздохнула, — Но без паспорта лучше сейчас не найти. Я весь Амито перерыла. Никак. Потом… может…
«Да по любому варианты были. Просто суммы просят астрономические за молчание», — всё прекрасно понял я, — «А у нас… теперь, похоже, с деньгами напряг»
Я снова огляделся.
Квартира оказалась похуже. Сильно похуже. Если та была с евроремонтом, просторная и крутая, то эта… ну-у… спасибо, что без тараканов?
Обои старые, мебели самый минимум, комнатки меньше, кровати скрипят.
Уезжали мы в спешке, поэтому половину своего не забрали. А половина нам, увы, и не принадлежала. Вот и получается, что своего мы почти и не имеем. Жизнь в аренду, чтоб его.
Ну хоть кроватку батя забрал. И динозавриков, почему-то. Без них нельзя было обойтись?
К вечеру мы все уже полноценно переехали, и вот, я лежу в кроватке.
Лежу, смотрю потолок с пятнами от потопа, и думаю…
Что я такое?
Я пережил удушье. Я слышу голоса. И сейчас, после всего, я прекрасно осознаю… что мне легче дышать. Комфортнее. Удобнее. Да мне кислорода теперь нужно меньше, понимаете! Органы быстрее им насыщаются!
Теперь я уверен, никакая это не шизофрения. Ничего мне не кажется.
Наномашины есть, и они могут перестраивать моё тело в ответ на угрозу. На «негативный феномен», если точнее.
А если я достигну всех стадий адаптации? Что тогда? Меня буквально будет не задушить? Или отпадёт надобность в кислороде? Или один вдох на сто лет?