Тут же, вслед за женщиной в маске, выбегает охрана и несколько храмовников! Я оборачиваюсь и вижу отца!
«Ха-а-а! Ха-а-а», — я тяжело дышу, словно сбрасывая всё напряжение, что испытывал в общении с этим психом!
— Почему… не регенерирует… — однако даже это его полностью не добило.
Я оборачиваюсь, и вижу как срез с ртом шевелился, а глаза смотрели прямо на меня.
Господи. Какой ужас. Мне это в кошмарах сниться будет.
— Некротика?.. Как ты… порезал… что ты… сделал… — цедило оно.
Половинки его тела пытаются срастись, но вот та рана, что нанёс я — отвергала восстановление, будто лишённая самого этого принципа. Будто «как раньше» и не было вовсе.
Будто я рассёк само понятие «целое».
Я дышал тяжело, сердце колотилось, и мне казалось, что от давления прыснет кровь из носа!
Боже… боже… боже!
ПОЛУЧИЛОСЬ! Одна секунда, у нас была одна грёбанная секунда, чтобы всё это провернуть!
Я слышу выстрел, и рука с книгой отлетает на другой конец коридора! Это вышел громила в доспехе.
— Сын! — кричит отец и бежит ко мне.
— В порядке, пап! Хорошо!
Я вижу, как меняется взгляд Отродья в ответ на эти слова. Недобро меняется. Очень.
— Итого около сотни обращённых, — вздыхает женщина в маске, пряча катану, — Ох, несладко тебе придётся, парень. Ох несладко.
— Вы… так думаете?.., — прохрипел он.
— Ага. И как ты ещё жив? Добейте, мозг оставьте.
Громила делает шаг, целится, и выстрелом разрывает остатки грудной клетки, из которых Отродье давило воздух!
Ну и правильно. Если он ТАК не умирает, то лучше сюрпризов от него не ждать, и шансов не давать. Лежит? Значит добиваем. Князев воскресит.
К нам начинают подходить храмовники, а я от греха подальше наоборот отходить.
Хмурюсь. Парень и впрямь обкис. Всё, труп. Глаза стеклянные, дыхания нет. Чем ему дышать? Только половинки мозга и остались. Но я…
Тик.
Тик.
Тик.
Тиканье. Слышите? Оно ровное.
Оглядываюсь.
— Тогда пакуем его. У мозга идеальный срез, Джекилл восстановит. Только тела не касайтесь, на всякий слу…
— А где… книга? — бормочу я, не находя в коридоре руки с Демономанией.
Все на меня поворачиваются. И тогда…
Мы слышим хруст.
— КРХА-А-А! — захрипел охранник в конце коридора.
Мы резко оборачиваемся и видим, как волосы мужчины стремительно чернеют, его лицо трещит, а голова дёргается в припадке!
Но он быстро заканчивается. И тогда звучит голос.
— Спасибо, что добили. Ох, а какая атака! Такая идеальная! – он хлопает охранника по спине, —ЖАЛЬ С ТАКИМ ВЫ ЕЩË НЕ СТАЛКИВАЛИСЬ, ХА-ХА!
И храмовник начинает выворачиваться, превращаясь в чудище.
Одно касание…
Глава 14
На секунду воцарилась тишина. Все застыли, словно позволяя друг-другу осознать масштаб произошедшего, перейти в следующий этап возможного кошмара.