— Домен… свой… — с распахнутыми глазами прошептал он, а затем потянулся к змейке, — И Йор… дракончик… ох пилять…
И, потянувшись к питомцу, закряхтел, перекосился как паралитик, высунул язык и потерял сознание.
Отец быстро подскочил к сыну, приложил палец и прощупал общее состояние тела. В норме. Даже… лучше прежнего. Просто перегруз.
Марк поднимает глаза на едва не плачущую жену, строит самое трагичное лицо в мире и задирает голову…
— Да что это такооооооооооооооое, — едва не захныкал он следом.
Не прошло и грёбанного дня. Грёбанные, твою мать, пять часов с убийства Отродья и предотвращения апокалипсиса, как Михаэль втянул в себя космос и потерял сознание.
Этот чёртов карапуз опять за старое. Да оно даже состариться не успело!
Глава 16
Я открыл глаза. Слышу сирену скорой помощи, отца, мать и доктора. Я лежу на кушетке.
— А где мы? — задаю логичный вопрос.
— В больницу едем, — вздыхает отец, — Ты лежал час без сознания. Не надо?
«Рой?»
«Вы в полном порядке. Необходимая кома для усвоения организмом»
— Та не-е-е, — взмахиваю рукой.
— Господи, да что это за жизнь… — мать захныкала без слёз.
В итоге недоумевающим фельдшерам пришлось нас тупо высадить, мы вызвали такси и как ни в чём ни бывало поехали обратно. Ехали в тишине, только уставшие вздохи и раздавались. Я же сидел с высунутым языком и как болван мотал ногами.
Есть ощущение, что все уже приняли судьбу и просто смирилась? Вайбик чувствуется?
Ну и, естественно, когда все успокоились, мать выпила валерьянки, а отец с горя стакан чего-то спиртного, я рассказал о произошедшем.
— Ахерон ЖИВ? — батя распахнул глаз, — И где-то лежит? Это же… да это может перевернуть мировое сообщество призывателей!
— Не думаю, что он этому обрадуется, — покачала головой мать, — Хотел бы — сам сказал бы.
— И то верно, — кивнул он, — И так что он с тобой сделал?
— А я… ам… не знаю, — хмурюсь.
И это самое интересное! Что, чёрт возьми, это для меня значит.
Когда я очнулся в реальном, мире, я ощутил… что-то несоизмеримо глубокое, сложное и необычное в теле. Будто грудь расширилась, будто воздуха там в десятки раз больше! Это не больно, и даже не сказать, что неприятно. К этому довольно легко привыкнуть, на самом деле. Но оно есть.
Я задрал футболку и глянул на грудь. Воронка. Будто фиолетовый ожог. Похож на полумесяц.
— Он сказал, что я — чистое разрушение, даже мой шаг убивает его мир. Мне нужен свой — там, где я смогу существовать покойно. Изоляция. Мой собственный… домен.
Я это ощущаю чётко. Оно пульсирует. Живёт своей жизнью. Это не пространство, это… связь. Связь с чем-то далёким, только для меня! И если прикрыть глаза… если потянуться… повторить то чувство, что уносило меня к Ахерону…