— Да понятно всё! — перебил я. — Просто ты не тот метод придумал. Пойду я, а вы тут разлагайтесь и надейтесь. Кстати, если что, ваша цель достигнута. Нулевой ожил. Знаю достоверно, сам видел. Вот и живи теперь с этим!

— Господин! — Старик плюхнулся на колени, смотря в мою удаляющуюся спину. — Поведай ничтожному подробности! Это же, это!

Он упал на пол и разрыдался, ползя за мной. Чёрт, в моём положении быть добрым, белым и пушистым — хреновый выбор. Но, когда искренне рыдает очень старый человек? А мне с детства, ещё со времён СССР прививали уважение к старшему поколению! В общем да, я не смог уйти.

Развернувшись, я подошёл к нему, поднял почти невесомое тельце на руки и отнёс к обратно креслу. Да, этот урод пытался получить надо мной власть. Но, всегда есть но. Я всю жизнь негативно относился к религиям. Я был, скорее, агностик. В демиурга там, в единого бога верил, сами религии презирал. Опиум для народа, ага. Если что, это цитата. Вот такой непонятный у меня взгляд на это дело был. Собственно, и сейчас мало что поменялось.

— Подробностей не будет, — мягко сказал я. — Ты меня разочаровал. И подходом к жизни, и способами служения. Верни своей секте, да, сейчас это секта, былой дух. Не потрахутьки, ради которых тут тусят, а ради нулевого. И тогда, быть может, я поведаю тебе истину. Понял меня, старый?

— Да, господин! — полулёжа в кресле попытался согнуться в поклоне дед. — Всё исполню, только не забудь про меня!

А мне стало противно. Ну, вот честно! Ради меня и из-за меня погибли два действительно достойных человека, ну, один погиб окончательно, второй под вопросом. Которые истово верили в религию, посвящённую мне. И нет, это не гордыня, боже упаси. Просто разный взгляд, разное отношение. Надеюсь, старый еврей всё-таки выжил, и сейчас хитро смотрит на новых своих постояльцев.

Если во что-то веришь, верь до конца! У меня батя был коммунистом. Тоже так себе религия, но он верил. Не, не так, он ВЕРИЛ. В светлое будущее всего человечества и вот это всё. И в девяностых прошлого века и летоисчисления поплатился за это. Нашу семью какие-то бандиты жёстко наказали, спасибо, дом-развалюху в Ногинске оставили. Эх, воспоминания… не время и не место.

Выходя из этого приона, я посмотрел на послушников. А там уже творилось настоящее непотребство, каждая девочка обслуживала сразу двух парней. Меня передёрнуло. Хотя, если смотреть правде в глаза, слегка завело.

На улице меня встретило звёздное небо, лёгкий бриз и запах сероводорода. К удивлению, поскольку раньше я подобное ощущал только у моря. А здесь река, хоть и судоходная.