— Почему?
— Потому что мы другие, — сказала девушка и засунула указательный палец в рот по самое горло. Она стала водить его туда-сюда, оставляя на нём ярко-красные следы от дешевой помады.
Я смотрел на нее с любопытством. Зачем она это делает? Она хочет мне что-то сказать? Я тоже сунул палец в рот и сделал тоже самое.
— Вот вифишь, — сказала она, не вынимая пальца и, захлёбываясь, звонко рассмеялась. — Ты не стал шугаться. Так же и я не стала реафировать на твой э-э-э… прикид. И траву. Кстати, что за трава? Дашь попрофовать?
Она вытащила палец изо рта и вытерла его об юбку.
— Газонная.
— И как?
— Что как?
— Плющит?
— Это как?
Девушка закатила вверх голубые глаза.
— Забей. Тебя как звать?
— Моё имя: Накерладс тридцать четыре.
— А я — Арли. Ты сам себя так назвал?
— Нет.
— Ну и ладно. А почему тридцать четыре?
— Не знаю. Так было.
— Хм, давай без цифр. Нахерладс, говоришь?
— Накерла…
— Будешь Нахером, — торжественно объявила девушка. — Не против?
Я безразлично пожал плечами.
— А я вот ненавижу своё имя, — перебила она меня.
— Почему? — наконец спросил я.
— По моему́.
Зависла тишина. Я смотрел на нее без всякого интереса. Слишком много лишней и бесполезной информации. Она как мусорная корзина для информационных данных, в которую я залез с головой.
Она прервала затянувшееся молчание:
— И что ты здесь делаешь?
— Сижу, — ответил я.
Она что, не видит, что ли? Проблема с визуальными сенсорами?
— Я вижу, что не стоишь. Кого-то ждешь?
— Нет.
Снова тишина.
— В макдак хочешь?
— Куда?
— Я в макдак чилить. Со мной пойдешь?
Интересное предложение. И что мне там делать? В любом случае это предположительно лучше, чем сидеть здесь.
— Пойду.
— Выглядишь стрёмно, конечно, — скептически осмотрела меня Арли. — Но мне чхать…
Время 08.01 утра
Я похрамывал, но Арли было «чхать» и на это. Мы шли мимо домов, мимо куда-то спешащих людей, мимо дорогих и дешевых машин.
Я не удержался и спросил:
— Почему я выгляжу странно и стрёмно?
Она рассмеялась.
— А ты забавный. А зимой ты в трусах ходишь?
Я не ответил.
— Тебе не жарко?
— Температура повышена.
— Ну так что не снимешь?
— Что?
— Одежду?
— Экипировку? — искренне удивился я. И она туда же.
— Ага, — улыбнулась она, — её самую. Тоже задрот что ли? Упал в нору?
— Куда?
— Переиграл?
— Не знаю.
Какой же плохой канал связи между нами. Вскоре мы дошли до здания с большой буквой «М». Народу там практически не было. Я смог уловить носом что-то…
ЗАПАХ!
Вот это да. Какие приятные ощущения. Пахнет… едой.
— Мне нужно поесть, — сказал я, сглатывая комок в горле.
— А мы по-твоему для чего пришли?
— Для чего?
Вместо ответа, Арли издала гортанный звук, напоминающий смех.