— К Марте следует привыкать постепенно, — ответил я на укоряющий взгляд Йохана, которого протащили мимо.

Моя хитрость от него не укрылась — как и ругань на немецком из шахты лифта.

— Мне и тридцати лет не хватило… — Задумчиво пробормотали на один поворот впереди меня.

— Сколько человек нас ожидает? — Спросил я графа Ломова, с которым оказался наедине.

— Я обзвонил два десятка человек, по вашему списку. На улице насчитал восьмерых.

— Хороший результат, — добавил я похвалы в голос. — Пойти против воли родителей, сбежать, найти транспорт… — озвучивал я трудности, вышагивая по ступеням вниз.

— Вернуться. — Кашлянул Ломов, обозначив самое важное.

— И вернуться. — Подтвердил я. — На один-два ранга сильнее, чем были раньше.

— Они здесь за этим? — Удивился юнкер.

— Нет. Их ведет честь. Честь существует, пока на нее не вешают ценник, твоя светлость.

Пополнение мы встречали построением каре: в центре, обернутый в бархат и золото, усатым римским консулом гордо смотрел на шестерых парней и двоих девчонок князь Давыдов. Под его левой подмышкой был зажат бочонок вина с вбитым бронзовым краником, а в правой руке — литровая кружка. Дионисом смотрелся господин полковник! — так Йохан и уверял, цепляя лавровый венок, снятый со статуи на втором этаже, поверх его волос. И господин полковник этим словам вполне соответствовал.

Справа смотрел в глаза пополнению я — и видел там огонь юности, кураж и радость от собственной удачи. Подумать только, прилететь в чужой город, вырваться из мертвых пробок, созданных автомобилями без бензина, и добраться до своих! Впрочем, кроме радости — в глазах был еще и голод, и этот вопрос надо было как-то решать.

Слева от князя дипломатично улыбалась гостям ее высочество, великая княжна. Одно ее присутствие поднимало статус встречи от балагана до дипломатического мероприятия.

На шаг позади дожидались распоряжений граф Ломов, граф де Марет и Йохан, крайне счастливый от собственного положения в общем строю. В углу протоколировала все на камеру Лаура — чуть нервная, но обрадованная двукратным ростом гонорара.

Свита великой княжны, как и свита Ломова, обживали номера — вещи их господ только-только подняли, да и присутствие их тут было не нужно.

— Ваше высочество! — Вышагнул вперед парень лет девятнадцати в гусарском мундире, с длинной челкой, зачесанной назад и вбок, и поклонился принцессе. — Ваше сиятельство, господин полковник! — Еще один короткий поклон в центр строя. — Вольноопределяющиеся Ильменский Григорий, Гагарин Александр, Шереметьев Виктор, Шереметьева Лидия, Горенский Рудольф, Аракчеев Степан, Аракчеева Инга, Ухорский Василий прибыли в ваше распоряжение!