— Мито Узумаки, мне назначено, девочка.
— Х-хокаге-сама примет вас, Узумаки-сама, — нажав на кнопку и что-то быстро прошептав в скрытый микрофон, нервно кивнула куноичи.
Узумаки не прислушивалась, уверенно пройдя к двери и распахнув ее раньше, чем это успел сделать охранник Анбу.
— Приветствую, Хокаге-доно, — войдя в кабинет и остановившись в центре, слегка кивнула она лидеру Листа.
— И я приветствую вас, Мито-сама, — степенно ответил шиноби, откладывая в сторону несколько листов и полностью сосредотачиваясь на посетительнице, — признаться, когда подчиненные сообщили мне о официальном запросе на аудиенцию от самой Узумаки Мито, это вызвало некоторое недоумение — обычно вы заглядываете без спроса, не утруждаясь подобными церемониями.
На последних словах шиноби обаятельно усмехнулся, демонстрируя, почему на протяжении десятка лет уверенно держит второе место в списке наиболее популярных свободных мужчин Конохагакуре но Сато, уступая только Орочимару.
— Будь это только моя прихоть и можешь не сомневаться, что так бы и поступила, Сакумо-кун, — позволила себе небольшую фамильярность Узумаки, — но к сожалению, клановые дела требуют должных церемоний.
— Клановые? — недоуменно моргнул Хатаке, но тут же подобрался, — Я внимательно слушаю.
— Решением нового главы клана Узумаки, из Конохагакуре но Сато отзываются последние члены, которые еще находились на территории бывших союзников, согласно заключенным соглашениям, поименно — Узумаки Кушина, Узумаки Мито.
— Что⁈
Глава 40
В другой ситуации куноичи получила бы истинное наслаждение от возможности полюбоваться глубоко изумленным лицом Четвертого Хокаге — подобные личности редко теряют самообладание и тем ценнее подобные моменты для долгоживущих — но всему своё время. Сейчас было время для серьезного разговора.
— Кхем… я не ослышался, Мито-сама? Ладно в отношении вас, но отзыв Узумаки Кушины? — очень быстро пришел в себя шиноби, — Боюсь, Узукаге не имеет должных полномочий, чтобы принимать решения по куноичи, что состоит в Сейки Бутай Конохагакуре но Сато и даже заключенные союзные договоры здесь не помогут, не говоря о целом ряде других проблем, что возникнут при выходе джинчурики за пределы стен селения без моего одобрения.
Она подавила вздох — все можно было сделать куда изящнее и мягче, принимая во внимание, что Сакумо не участвовал в предательстких планах Сарутоби. К сожалению, Узукаге настоял на жестком варианте, желая показать, что Узушио не собирается молча проглатывать обиду, и так как вариант вооруженных действий виделся нежелательным, лучше уколоть там, где больно и обозначить угрозу. С силой биджу вынуждены считаться все.