В сопровождении двух шиноби, Яути вошел в большое здание казино и отмахнувшись от персонала, цепким взглядом осмотрел большой зал, почти сразу выцепив в толпе посетителей одетую в цветастое кимоно блондинку с выделяющимися верхними достоинствами, громко сокрушавшуюся о проигрыше возле одной из рулеток. Даже не видя фото принцессы Сенджу, не узнать ее было невозможно, как и на мгновение появившееся давление внимания куноичи эС-ранга. Мельком отметив напрягшихся охранников, что следили за порядком — форма шиноби Конохи и хитай-те на видных местах способствовали мгновенному узнаванию — он двинулся сквозь развлекающихся людей, пока не остановился сбоку от внучки первого Хокаге.
— Сенджу-сама, — слегка поклонился и застыл в ожидании джонин.
Тсунаде слегка раздраженно дернула уголком глаз, но никак не прореагировала на свое имя, больше сосредоточенная на рулетке. Вздохнув, шиноби достал из подсумка небольшой сверток с выглядывавшим краешком толстой пачки банкнот и осторожно положил перед куноичи — проверенный способ привлечь внимание и не оказаться объектом удара небольших, но разрушительных кулаков из-за излишней назойливости.
— Сенджу-сама, небольшой презент за толику вашего драгоценного времени, — с поклоном произнес мужчина.
Тут запущенный шарик на рулетке остановился и лицо саннина еще больше скривилось, превращаясь в гримасу недовольства.
— Пятнадцать красное! — объявил крупье и пододвинул к блондинке по столу стопку фишек. — Госпожа, ваш выигрыш.
Проигнорировав его, Тсунаде повернула голову и смерила троих джонинов пристальным взглядом, заставив нервно сглотнуть.
— Чего надо? Если опять уговаривать вернуться в Коноху, то лучше сами исчезните, — холодно произнесла куноичи.
— Я лишь простой посыльный, которому приказали доставить Вам послание и дождаться любого ответа, — вновь уважительно поклонился Тоширо, протягивая свиток и ощущая, как на спине выступает холодный пот — последние посланники Хокаге были вынуждены несколько недель лечиться в госпитале, после попытки уговорить принцессу слизней вернуться.
Приняв послание, Тсунаде развернула его во всю длину и погрузилась в чтение, иногда скептически или насмешливо хмыкая и даже не удержавшись и тихо пробормотав «где ж вы раньше были», но добравшись до конца текста, руки куноичи отчетливо вздрогнули. Дочитав до конца, Сенджу медленно свернула свиток и взглянула на стоявшего рядом джонина, полыхнув убийственным намерением.
— Знаешь, Хомуре придется ответить за свои слова и если окажется, что это не правда, то он очень сильно об этом пожалеет, — спокойно произнесла она, но за этим фасадом ощущался клубок кипящей ярости, готовой выплеснуться на виновников задетой за больное женщины.