— Ого, — Рома сделал шаг назад. — Нет, не так. Ого, мать вашу! Так, мне нужно позвонить, а потом начнём твою подружку отсюда перетаскивать. Ты ведь за этим меня позвала?

Кошка вместо ответа вспрыгнула на дерево. Роман же в этот момент достал телефон. Связи не было.

— Мяу, — нетерпеливо мяукнула кошка, и парень махнул рукой и полез на дерево за своей белоснежной провожатой.

— Я уже ничему не удивляюсь, — пробормотал Рома, когда на телефоне появился значок связи. — И этому я тоже удивляться не буду. — Он кое-как устроился на неудобной ветке и набрал номер.

* * *

— Я хочу попробовать активировать ещё одну нить дара, — сказал я Ольге. Она резким движением убрала руну, которую в этот момент всесторонне изучала, и внимательно посмотрела на меня. Верн где-то отходил от очередного общения с Ершовым, и мы находились во временной капсуле одни, а закрытая дверь гарантировала, что нас никто не потревожит.

— Это не опасно? — спросила девушка, подходя ко мне и прижимаясь к груди.

— Не знаю, — ответил я честно, трогая её косу, которая всё так же сводила меня с ума. — То, что это чертовски больно, вот тут даже спорить не буду.

— Верн сегодня пытался научить Ершова закреплять расшатанные блоки на тюрьме безликих, — Ольга говорила, не поднимая голову. — Это было так забавно. А когда ты не понимаешь, что он хочет сказать, то также злится?

— У нас с ним вооружённый нейтралитет, ты же знаешь, — я хмыкнул и тут почувствовал, как нежные пальчики пробрались под футболку и теперь блуждают по животу. Мышцы под этими прикосновениями пару раз сократились. — Что ты делаешь? — прошипел я, но, когда Ольга провела пальцем по кромке штанов, я подхватил ей и рывком посадил на стол. — Оля, если не хочешь доводить дело до конца, то лучше не начинай.

— А может быть, ты заткнёшься, и уже сам начнёшь что-то делать? — Проговорила Ольга мне в шею и слегка прикусила кожу. — Андрей, я устала бояться. И сегодня ночью пойду к источнику с тобой. Буду держать тебя за руку и стараться уменьшить боль, пока ты будешь страдать ради нашего освобождения. Вот только это будет ночью. А пока делай уже что-нибудь.

— Призови дар, — прошептал я ей в губы, впервые почувствовав, что нас окружает плотная временная капсула. А когда Ольга распахнула кроваво-красные глаза, я положил руки ей на бёдра, и рывком притянул её к себе, одновременно опрокидывая спиной на стол. Мы даже не раздевались, но этого нам было не нужно. Потому что ночью мы пойдём к источнику страдать, как выразилась Оля, а сейчас нам нужно было просто почувствовать себя живыми, потому что эта изолированность постепенно начинала действовать на нервы всё больше, и копившееся напряжение грозило однажды перелиться через край.