— И кто же это? — Лариса закрыла глаза. Она понятия не имела, как на это реагировать. Сейчас её волновал только Ромка.

— Тот самый недовольный подрядчик, с которым ты разорвала контракт. — Осторожно ответил отец. Он не стал расстраивать Лару и не сказал ей, что, кроме слухов об их ненадёжности и разорения, пошли слухи о ней самой. И в этих слухах его девочка была выставлена не в самом лучшем свете. Артём, как мог, затыкал рты, но действовать более решительно не мог. Он не глава клана, который за меньшее просто стёр слишком говорливых с лица земли. Если бы Гусев поддался порыву и прибил парочку особо жёлтых журналюг, то только подтвердил бы их правоту. Наконец, он решился, ведь именно для этого он и решил рассказать всё дочери, чтобы услышать совет. — Лара, я не знаю, что нам делать. Процесс запущен, и я не знаю, как его остановить, чтобы не нарваться на ещё большие последствия. Он зашёл так далеко, что никакие публичные извинения этой свиньи уже не помогут.

— Рома говорил, — Лариса на секунду прижала телефон ко лбу. Так, надо сосредоточиться. Бегать по загону, заламывая руки, можно и потом, когда с отцом поговорит. Поднеся трубку к уху, она продолжила. — Император намекнул Роме, что такой вариант возможен, и что в принципе можно разрулить ситуацию всего одним действием. Он не сказал, что именно нужно сделать, просто предупредил сына, что они вернутся к этой теме, когда мы вернёмся.

— Вот как, — проговорил Артём задумчиво. — Ну, хорошо. Тогда я по мере сил осторожно продолжу искоренять сплетни, а там вы вернётесь и подумаем, что же делать дальше. Лара, я тебя люблю, дочка, — и он отключился.

— Я тебя тоже, папа, — Лариса открыла глаза, сунула телефон в карман и решительно направилась к Родиону. — Что тебе сказали?

Ершов поднял на неё задумчивый взгляд. Потом взял в руки скребок и с силой провёл по лоснящемуся боку Зелона.

— Не знаю, я не понял, — наконец, после непродолжительной паузы ответил он. — Мне сказали ждать. Мол, Паразит сейчас ждёт, когда Константин напишет письмо Андрею, и ведёт себя вполне спокойно. А это значит, что если и произошло нечто странное, то для Ромки оно не слишком опасно. В противном случае кот императора не был бы так спокоен.

— Я никогда не пойму, как можно ориентироваться на что-то, глядя на настроение кота, — Лариса закрыла руками лицо. — Это слишком иррационально.

— Ты привыкнешь. — Ершов улыбнулся. — Вообще, ты ведёшь себя вполне достойно, хотя мне тебя жаль. Споткнуться по жизни об Орлова… — Он покачал головой. — Если ты хочешь остаться в его жизни, тебе ко многому нужно будет привыкнуть. И если то, что ты говорила отцу, правда… — Он хмыкнул, глядя, как она вспыхнула. — Я не подслушивал, просто ты слишком громко и эмоционально говорила. — Так вот, если это правда, то, начинай уже изучать Кодекс. Я знаю, что продаются немагические версии для простых смертных. Это может быть полезно.