— Добрый день, — Борис встал, обводя собравшихся внимательным взглядом. — Так уж получилось, что я, наверное, единственный не в курсе, зачем мы все здесь собрались.

— Мы вообще не думали, что сын клана почтит нас своим вниманием, — со своего места поднялся довольно молодой человек. Говорил он напористо и в меру нагло, что не ускользнуло от внимательного взгляда Орлова.

— Если вы так не думали, то зачем оставили свои рабочие места, и собрались здесь? — спросил Борис спокойно. Кто бы знал, насколько тяжело далось ему это показное спокойствие.

— Мы не рабы, и имеем право высказать своё мнение по поводу условий работы, и не наедине, чтобы не позволить вам запугать нас, — ответил всё тот же молодой человек. — Вам не удастся навязать нам правила кланов, где все подчиняются только слову главы, — добавил он довольно агрессивно.

— Господин… — Боря вопросительно посмотрел на выступавшего человека. Похоже, он был зачинщиком этого маленького бунта, который устроили сотрудники типографии. И Орлову даже не нужно было выяснять причину, всё и так было ясно. Он только головой покачал, представив, как они дружно побежали бы на рабочие места, если бы на его месте сейчас стоял отец, или Илья. С другой стороны, Боря прекрасно понимал, что его здесь для этого и оставили — учиться.

— Дежоле. Колин Дежоле. Я ведущий художник, — Колин смотрел на мальчишку, стоящего во главе стола с вызовом.

— Вы уволены, господин Колин Дежоле, — всё так же спокойно произнёс Борис.

— Что? — Дежоле моргнул. Его взгляд мгновенно потерял половину вызова, зато в нём появилась растерянность.

— Вы были правы, господин Дежоле, вы не рабы. — Борис жёстко улыбнулся. — И так как вы не рабы, то не должны терпеть моего кланового произвола. Поэтому, вы уволены. Можете высказывать своё недовольство за пределами типографии. А сейчас попрошу вас выйти. Здесь могут присутствовать только сотрудники.

Колле сложил руки на груди и злорадно осматривал растерянных сотрудников. Он же предупреждал этих баранов, что сын клана не будет терпеть их закидоны. И где теперь Дежоле будет искать работу, Бориса Орлова волнует меньше всего. Он проводил взглядом вышедшего художника, и перевёл взгляд на Бориса. А тот, дождавшись, когда за Дежоле закроется дверь, снова повернулся к залу.

— Продолжим. Кто ещё хочет высказать претензии не в индивидуальном порядке, а вынося их на всеобщее обозрение?

* * *

Роман посмотрел в сторону леса. Было жарко, и самое лучшее, что он мог сейчас придумать, это хотя бы ненадолго спрятаться от палящего солнца.

— Ну что, Паразит, дойдём до леса? — Рома посмотрел на сидящего у его ног кота, а затем снова перевёл взгляд на виднеющиеся не слишком далеко деревья. — Я себя так хреново чувствую, да ещё и солнце это. Там хоть тень есть.