— Кто ты такой? — рявкнул гигантский азиат, на ломаном французском.

— А ты не понимаешь? — хмыкнул я. — Сунь Укуна не узнаёшь? Тоже мне китаец!

— Хоть я и китаец, но я родился в Японии, — недобро произнёс он, продолжая тянуть время, для концентрации. А может, в самом деле хочет вытянуть из меня побольше информации?

— Из Японии? Тебе будет понятнее, если я назовусь «Сон Гоку»?

Японский китаец даже не усмехнулся.

Даже глазом не повёл!

Зато атаковал.

Я ощутил, как в моё «поле» с невероятной скоростью врываются сгустки энергии. Если бы я не засек эти сгустки раньше, когда они под полом ползли ко мне от ног здоровяка, то мог бы и пропустить атаку.

Резко развернувшись, я принялся рубить гигантские мясистые руки, растущие прямо из пола и пытающиеся меня достать.

В тот же миг, чернявый отмеченный, объятый молнией, сорвался с места, пытаясь врезать мне прямой ногой в спину.

Я успел заблокировать его ногу мечом.

Но гигантские руки Богоподобного, уже снова начали расти из-под пола.

Я не заметил, когда начал улыбаться под своей маской Рыжей Обезьяны. Этот бой обещает быть очень увлекательным!

Чернявый Саид, не прекращая давить на меня, засиял молниями, которые, вырастая из его спины, будто бесчисленные хвосты, тут же устремились в меня.

Я перенёсся в пространстве, оказавшись за его спиной и мощно ударил, метясь чернявому в шею.

Ух ты! Он успел развернуться и заблокировал мой удар двумя короткими артефактными кинжалами. Эти кинжалы тут же напитались молниями, превращаясь в сотканные из стихии клинки.

А между тем, позади меня сформировалась поистине огромная рука — если бы она схватила меня, я бы оказался погребённым внутри этой плоти.

У японского китайца явно какая-то Метка на «Плоть». Интересно, если мой знакомый по прозвищу Вареник докачается до Богоподобного, он тоже сможет так бесчисленно размножать свои части тела по всей округе?

Я снова переместился в пространстве, на сей раз оказавшись за спиной Богоподобного здоровяка. Этот не был таким расторопным, как Саид, и уж точно не успеет развернуться.

Крепко сжимая рукоять фламберга двумя руками, я влил в него немало энергии, и обрушил извивающееся лезвие на спину врага.

Ну что ж… Да, развернуться он не успел.

Зато успел нарастить себе сантиметров пятьдесят вязкой и твёрдой плоти на загривке.

И всё же мой меч прорубал эту мерзкую субстанцию, пытаясь добрать до настоящего тела моего врага.

На спине здоровяка, ближе к бокам, появилось шесть рук — по три с каждой стороны, которые тут же вцепились в меч, пытаясь выдернуть его из своей наращённой плоти.