— У капитана Зарецкой был датчик слежения. Однако же он в какой-то момент вырубился. Да, датчик не самый лучший и мощный — мы на чужой территории и развернуться в технологическом плане здесь, не выдав себя, очень трудно. Если возьмём технику помощнее, о нас узнают.

— Не нужно уповать на технику. Я здесь и не упущу след.

— Но… как?

— У меня Метка Охотника, — усмехнулся я. — Вы посмеивались над ней в своё время, однако кое-какие секреты у неё имеются.

— Не посмеивались, — улыбнулась она, припомнив нашу давнюю беседу в цветочном фургоне ещё в Англии. — Просто удивлялись. В общем, на технику не рассчитываем. Только на тебя?

— Да.

— Я в деле, Максим, — произнесла она серьёзно. — Хватит террористам их пособникам творить всё, что им вздумается!

* * *

То же время. Квартал частных домов богатых простолюдинов и слуг крупных родов.

Молодой Жан-Поль спал и видел сон, в котором осуществилась его заветная мечта. Он собрал целый Стад де Франц на свой сольный концерт, а после великолепного выступления поехал праздновать успех со своей любимой Луизой — девушкой, с которой Жан-Поль вместе вырос в одной из деревушек в предместье Парижа.

Солнечные лучи через щёлку между штор били в лицо Жан-Полю, он засопел и открыл глаза.

Радость вмиг улетучилась, когда юноша осознал, где он находится.

Жан-Поль был мечтателем, а не гением. Приехав покорять столицу с одной лишь гитарой и несколькими франками в кармане, он умудрился встрять в передрягу, а затем и оказаться по уши в долгах. Играя на улице за жалкие сантимы, Жан-Поль перебивался с воды на хлеб, когда его заметила Госпожа.

Да, она велела называть себя «Госпожой», и Жан-Поль понял, что перед ним — аристократка. Госпожа предложила ему работу — садовник-домохозяин. Жан-Поль с радостью согласился и попросил аванс. Госпожа оказалась щедрой, Жан-Поль закрыл свои долги.

Если бы Жан-Поль был поумнее, он бы понял, что аристократка не может жить в квартале для простолюдинов и слуг.

Если бы Жан-Поль был похитрее и поалчнее, он бы просто свалил от этой Госпожи, когда та начала делать недвусмысленные намёки. Но Жан-Поль чувствовал себя обязанным ей, и как итог стал её любовником.

Конечно же, обязанности по дому и саду для Жан-Поля тоже никто не отменял.

И вот каждую ночь, исполняя свой долг, Жан-Поль представлял перед собой Луизу. И молился богу, чтобы однажды на месте Госпожи в самом деле оказалась его любимая.

И вот сейчас Жан-Поль смотрел в зеркало, и читал текст, написанный губной помадой Госпожи:

Ты оказался последним мудаком! Я бросаю тебя и ухожу к доктору Ча!