— Что-то мне подсказывает, — сказал я так, чтобы Ярослав услышал, — что это какая-то очень нездоровая ситуация. Зима, как-никак — откуда это всё полезло?

— Так, а я тебе о чём говорил? — обернувшись ко мне и немного подрагивая, ответил Болотов. — Магия. Болотная.

Но потом я увидел то, что заставило меня сцепить зубы: над резиденции поднялись языки пламени, которые пытались достать гнуса и сжечь его. Только тут я увидел, что следы пожарищ внизу разбросаны тут и там. Рароговы, кто как мог, оборонялись от этих самых насекомых, гадов и прочей живности, которая спешила сюда со всей округи.

— Приземляйся, — сказал я Агносу.

— Подожди, — ответил мне Болотов. — Я хотя бы сейчас гнус уберу. Ты не думай, вот такое облако может спокойно людей заживо жрать. Это только кажется, что гнус безобидный.

— Да я сейчас сам эту дрянь уберу, — ответил я, закатав рукава.

И смел эту тучу гнуса стеной пламени в центр. Затем создал вокруг неё кольцо пламени, накинул сверху купол и сдавил всё это, чтобы все летающие твари сгорели.

Стоял хруст лопающихся от жара тел, вонище от сгоревших крыльев и хитиновых тел. Да такая, что даже Болотов поморщился.

— Ну, можно, конечно, и так, — сказал он. — Но с точки зрения биогеоценоза негуманно, я хотел просто их отвести отсюда.

— А я нихрена не гуманный, когда моих жрут заживо!

И мы двинулись дальше. По дороге нам встречались люди с почерневшей кожей. Причём не обугленной, нет. Кто-то шатался, кто-то уже сидел или лежал без сознания, а кто-то неистово чесался и ничего не мог с этим поделать.

— Что за?..

— Яд, — тут же ответил на мой невысказанный вопрос Болотов. — Самый разнообразный.

Я выругался, оценивая степень потрёпанности защитников резиденции. Казалось бы, огонь — ультимативная способность… Но против гадов болотных он далеко не всегда мог защитить.

— Ты сможешь это вытянуть из них?

— Смогу, — кивнул мне Ярослав, стиснув зубы. — Но период интоксикации у взрослых больше, чем у детей, — намекнул мне Ярослав. — Я так понимаю, что наша первоочередная цель — ребёнок?

Я кивнул, но всё же не мог не спросить:

— Какой средний период интоксикации?

Болотов оглянулся, что-то прикидывая в уме.

— Примерно… несколько часов, в зависимости, конечно, от количества укусов. Но судя по общему виду, это началось не так давно. Так что, полагаю, час в запасе у нас ещё есть. Поэтому определяй, что приоритетнее, то и будем делать. Начинать лечить или ищем ребёнка?

— Нет, будем искать младенца и мою мать, — ответил я. — Если у них ещё есть время в запасе, то мы пойдём спасать Гориславу и Светозара.