«Ну, пусть следят, — думал я. — Это их проблемы. Если полезут — сожгу».

— Ада, ты заметила, что нас сопровождают? — решил проверить я наблюдательность сестры.

— Ого, откуда ты это знаешь? — удивилась она и начала озираться.

— А ты думаешь, просто так вокруг нас все эти птички летают? — я указал на несколько хищных фигур. — Ничего подобного. Это их глазами нас сопровождают клановы.

Но с другой стороны, было даже удобно, потому что птички ещё и дорогу указывали, куда нам следовало лететь.

Вообще, если честно, я, конечно, засмотрелся. Мне привычные были другие ландшафты. Тохарская империя, которая вызывала приятное тепло в крови, была больше похожа на степь, Горный — типичное предгорье с соответствующим климатом и растительностью, Екатеринбург — Сибирь, тоже предгорье, есть остатки реликтовых лесов, но ничего такого эпического.

Здесь же, насколько хватало глаз, возвышались многовековые дубы и сосны. Земли сверху не было видно. Более того, не было ощущения, что тут вовсю властвует зима. Нет, многие деревья были зелёными.

Но что самое интересное, никаких зданий в резиденции не было. Нет, все помещения были вырезаны внутри деревьев. Внизу ходить практически было невозможно, там кругом находилась трясина.

Как-то не укладывалось в моей голове соседство вековых лесов и болота, но, в конце концов, есть вероятность, что болота были магического происхождения для затрудненя продвижений врага, а не естественными.

И когда мы опустились ниже, то увидели, что между древних ветвей деревьев всюду натянуты подвесные дорожки. А ещё выше, просто по вьющимся растениям, больше напоминающим лианы, — хотя откуда в таком климате лианы? — скакали дети, ничуть не боясь упасть. И над этим поселением, среди величественных деревьев и болотной топи, мерцал некий защитный купол.

Но больше всего меня поразило именно то, что тут была зелень. Несмотря на разгар зимы, всё вокруг было зелёным. Мне казалось, что в Екатеринбурге зима, наверное, больше заметна, чем здесь, в Хвойнинском.

Заложив круг, мы разглядели, что в центре всего этого поселения расположилось зеленоватое озеро. И птицы, сопровождавшие нас, указали, что нам нужно приземляться как раз на берегу этого озера.

Агнос, со злобной усмешкой пошёл на посадку,

— Хо-хо-хо, — проговорил он, оскалив свою зубастую пасть. — Не спалить бы всё здесь случайно. А то у меня чего-то несварение желудка с самого утра. Очень хочется выпустить из себя что-нибудь этакое. Вот только после этого не будет же у них Хвойнинского, правда?

— Ты можешь водички из озера попить, — ответил я, едва сдерживая улыбку. — Нечего просто так такую красоту сжигать. Природа не виновата.