В последнем я не уверен, но все же скорее да, чем нет.

— Поймите меня правильно, Раджат-джи, — слегка улыбнулся император, — я не навязываю вам какие-то обязательства и не требую обещаний. Однако мне проще говорить с вами как с полномочным, насколько это вообще возможно, представителем пришельцев.

Признание лидерского статуса еще и от действующей власти? Забавно.

И, пожалуй, полезно, что уж тут.

— И когда я говорю «ваша задача», — добавил император, — я имею в виду всех вас, пришельцев. В данном случае, индийских.

— Я понял, ваше величество, — склонил голову я. — Благодарю за уточнения.

— Так вот, — отмахнулся от моей благодарности император. — Мне не хочется проверять честность наших соседей и заодно искушать их. Чем быстрее приморский сектор окажется под вашим контролем, тем лучше будет для всех.

Не поспоришь.

— Однако вы же помните, что свободы просто так не бывает? — приподнял бровь император.

Я молча кивнул. И такое тоже не забывается.

— Я решил, что вы, Раджат-джи, вполне справедливо не горите желанием расплачиваться за другого чужака, — слегка улыбнулся император. — Да и весь этот сектор, если я правильно понял логику пришельцев, достанется не лично вам, а Лапанья.

— Это логика самой древней системы, ваше величество, — поправил я императора. — Ни один чужак не сможет взять контроль над двумя и более секторами. Я уже говорил, один сектор — один чужак.

Про свой лидерский контроль я промолчу, пожалуй. Это как раз та информация, которая может навести императора на ненужные мысли.

— Разумно, — признал император. — Простая и действенная во все времена защита от дурака. Поэтому вас так много, и поэтому же убитые чужаки перерождаются вновь и вновь.

— Все верно, — кивнул я.

— Любопытно, благодарю, — улыбнулся император. — Так вот, возвращаясь к теме свободы. Как вы знаете, Раджат-джи, во всех странах мира есть налог на собственность. И несмотря на то, что древние объекты — довольно своеобразная вещь, их ценность неоспорима. А значит, логика налогов к ним вполне применима.

Я уже догадался, к чему он ведет.

— Один объект из приморского сектора переходит мне, — с довольной улыбкой сообщил император. — И я признаю за Лапанья не только весь этот сектор, но и его право распоряжаться жизнью своего рода по своему усмотрению. В том числе, войти в любой клан.

Ну точно. Жадина, как и его отец.

Однако император выбрал для этого разговора не того человека. Предложи он этот вариант самому Лапанья, тот согласился бы.

А у меня есть, что ответить императору.

Продолжение здесь https://author.today/work/352896