Значит Паленый знает? Срисовал? Да и хрен с ним, я прятаться от этой разборки не намерен. Более того, я больше чем уверен, что его чирлидеры тоже здесь — фраза некоторых не местных гостей «только ты адын приходи, мы тоже адны придем» стала уже мемом среди оперативников.

Паленый промокнул жирные губы салфеткой, тщательно вытер руки, встал из-за стола и двинулся в сторону туалета. Ладно, пойдем за ним, только пусть подержать не просит — башку на месте откручу.

Я толкнул ногой дверь зассанного постояльцами сортира и увидел Паленого, старательно намывающего свои лапки под краном.

— Есть разговор, с демонстрацией разных материальных ценностей. Этот разговор одинаково важен и для тебя, и для меня. Но беседа состоится в другом месте, — сказал Потоцкий, стряхивая капли воды с мокрых рук.

— Да? С чего бы это? — хмыкнул я.

— Потому что ты — не Александр Драбицын. Тело — его, не возражаю. А подселенная душа — чужая. Это проверено и подтверждено. И у меня есть деловое предложение к человеку, который скрыт под личиной графа… Если интересует, продолжим на другой точке. Если нет — разбегаемся и дальше кувыркайся как хочешь.

А вот эта заява более чем интересна. Я практически почувствовал, как переглянулись Козьма с Кресиславом, услышав такую сентенцию.

— Или боишься? — зло ухмыльнулся Потоцкий. — Так я без оружия, еле ползаю. Мне кашлять осталось пару месяцев, потом — труп. Со всеми твоими талантами и навыками ты меня на куски голыми руками порвешь. Не считая двух стволов, которые наверняка со спиленными номерами и без отметок в баллистической картотеке… Так что — думай, господин лже-Александр.

Ну почему бы и нет? Пора расставить все точки над «ё». Чувствую, что Паленый открылся мне не просто так, и действительно сейчас он не врет.

Потоцкий надавил на широкую пластиковую панель, которая неожиданно подалась, открыв за собой проход в какую-то темную комнатушку. Я последовал за ним. Но в комнатушке он задерживаться не стал, а вышел на улицу через потайную дверь. Ладно, теперь поиграем по твоим правилам. Пока. Только вот не забывай, что правила могут меняться по ходу действия, и в эту игру можно играть вдвоем. «Шпиль мит мир» — произнес внутренний голос в моей голове голосом Линдеманна…

Обратно я добирался в компании волхвов, которые были на удивление задумчивы. Высадили одного незванного пассажира, затем отвезли меня к воротам поместья. Когда начала распахиваться дверь, сидевший за рулем Кресислав таки не удержался и фыркнул:

— Еще все можно переиграть. Ночь впереди. Ошибки лучше исправлять до того, как они потребуют плату кровью.