— Входи, Иннокентий, что там? — Воронцов, опустив трубку аппарата смотрел, как мнется у двери секретарь, которого он отправил в посольство САСШ за получением кратковременной визы — надо бы наведаться в стан вероятного противника, лично проинспектировать, как идут дела, да и будущему зятю помочь выбраться из той задницы, в которой он оказался.

— Проблема, Ваша Светлость. Посольство САСШ отказало в получении визы.

— Что? — спросил князь, понемногу впадая в бешенство. — Эти пендосы совсем о…ли?

Иннокентий приобрел еще более жалкий вид. Он знал, что когда с князя слетает весь вельможный лоск и он начинает ругаться, как портовый грузчик — дело плохо, разбегайтесь по углам кто куда.

— Свяжи меня с товарищем министра иностранных дел Жилиным.

— Сей секунд, Ваша Светлость!

Пендосы совсем оборзели, пора их укоротить, думал князь, ожидая соединения. На телефоне замигала лампочка.

— Здравствуйте, Ваше Превосходительство!

— Здравствуйте, Ваша Светлость. Какими судьбами?

— Да вот, это мне хотелось бы знать, — сжимая трубку в кулаке, сказал князь.

— Что Ваша Светлость имеет в виду?

— Мне отказали во въездной визе в САСШ.

— Так, — в трубке послышалось шуршание, затем стук клавиш компьютера. — Извините, но мне об этом пока не известно. Я сейчас же свяжусь с посольством. И сразу же извещу вас о результатах.

— Хорошо, Ваше Сиятельство. Буду ждать вашего звонка.

Черт, почему они запретили мне въезд, подумал князь. Точнее, по какой из причин — грешков-то в отношении САСШ за ним водилось предостаточно, от покупки лобби до спецопераций его СБ на их территории. Ну этим как известно не брезгует ни одна уважающая себя корпорация, не будем детьми. Но вот на что именно среагировали там.

Князь, досадливо порморщившись, полез в ящик стола за сигарой. Вредная привычка, черт бы ее побрал. Как тут курить бросишь? Хотя и сердечко уже пошаливает, и кашель иногда пробивает… Действительно, курение убивает, как пишут на пачках дешевых сигарет, продаваемых в РИ. Знал бы, на что подписываюсь, никогда бы не начал курить, подумал князь. Но теперь уже поздно.

Жилин позвонил ему, когда сигара была докурена до половины.

— Ваша Светлость, я дозвонился до посла САСШ. Вы сейчас попали в список Госдепартамента.

— Вот как, — задумчиво положил сигару в пепельницу князь, задумчиво наблюдая за сизым язычком дыма. — И больше они ничего не хотят мне сказать?

— Никак нет. Я конечно по своим каналам разузнаю…

— Будьте так любезны, Николай Николаевич. И да, можно там ноту протеста от МИД и шумиху поднять?

— Конечно. Сделаем, Ваша Светлость.