— Это моя обязанность, Ваше Величество, — кивком обозначил приветствие Козьма.

— Хотел бы я, чтобы все мои люди были такими же преданными Самодержавию и Империи… Но увы…

— У вас достаточно преданных людей, Ваше Величество, — сказал Козьма. — Вот, я хотел просить Ваше Величество…

Козьма достал папку, внутри которой оказался один листок, и передал императору.

— Радогорцев, вы в своем уме? Какая еще отставка?

— Я уже стар, Ваше Величество. Я вернулся на действительную службу три года назад помочь подавить мятеж, теперь же нижайше прошу вашего соизволения…

— А кого ты мне оставишь, а?

— У меня есть преданные вам и империи люди, мой заместитель князь Горчаков с честью примет любое ваше назначение.

— Горчаков, Горчаков… Достойный род.

— А кроме того, граф Драбицын также вам верен, доказано словом и делом. Как и его род.

— Кстати, о его роде, — тон государя изменился. — Так что там про артефакт?

— Артефакт был ловушкой, инструментом черных магов древности. Если бы он попал к вам в руки, то вы вряд ли бы выжили или перед смертью превратились бы в кровавого тирана. Любой, кого выбрал бы артефакт, стал бы его орудием, — сказал Козьма.

— Вот как, — сказал император. — Но ваш сын его уничтожил?

— И при этом очень сильно пострадал, — сказал Драбицын.

— Это так, — подтвердил Козьма.

— Ну что же, раз вы так говорите… Радзиловский уверял меня, что все обстоит по-другому.

— Ему было выгодно, — сказал Козьма.

— Я помню, вы с Кресиславом пытались до меня это донести, но я посчитал это наветом на достойного человека, вы чуть не впали у меня в немилость. А как оказалось… Граф, я хочу видеть вашего сына. Немногие решатся сослужить свою службу вопреки гневу государя, радея за Империю.

— Есть, Ваше Величество!

— И кроме того, мне нужны преданные и доверенные. Ваш сын не собирается продолжить государственную службу? У меня есть, что ему предложить.

— Не могу знать, Ваше Величество!

— Узнайте обязательно…

— И чем бы ты хотел заниматься? — спросил Старший, когда мы сидели в нашем доме у камина.

— А не знаю я. — сказал я беззаботно. И в самом деле не знал, не соврал ведь. — Я пока хочу просто тупо отдохнуть от всех этих бегалок-стрелялок-пряток.

— Не прельщает больше госслужба? — усмехнулся папА.

— Ну сам посуди. Ходить строем в столовую под полковые песни? Оно мне уперлось? Хватило с меня этого и там, а уж здесь… Академия СБ, потом поручиство и долгий путь по лестнице, покрытой дерьмом от вышестоящих начальников, дрожащих за свое место?

— Ну поручика я могу присвоить тебе хоть сейчас, заслуги позволяют.

— Нет высшего образования, точнее местного диплома.