— Не дергайся, снежок!

— Берите все, кошелек, телефон, только не трогайте меня! — испуганно заверещал мелкий человечек Алекс.

— Возьмем, а как же! — я почувствовал захват запястий сзади и услышал треск фиксируемой строительной стяжки. Меня больно толкнули к машине, я треснулся челюстью о крышу так, что звезды из глаз посыпались.

— Куда его, Мо? — спросил один из похитителей.

— В багажник, куда же еще.

— А вдруг он мне там нассыт, он же собирался…

— Это уже будут твои проблемы, нига.

Мне поднесли к носу здоровенный черный кулак, один из негров был здоровый бугай.

— Нассышь — хрен оторву и в рот засуну, понял?

— Да-да, — запричитал я. — Не буду!

— Смотри у меня!

Меня в четыре руки отволокли к открытому багажнику, и запихнули туда, чуть не прибив резко опущенной крышкой. Но слышимость была прекрасной — какая там в багажнике старой машины со сгнившими уплотнителями шумоизоляция?

— Э, а велик куда?

— Нахрен он тебе, нига?

— Да ты смотри, почти новый, баксов сто или двести стоит! Брату подарю.

— Ну ладно, в салон его клади.

— А как я сам там помещусь?

— Нига, это уже твои проблемы! Ты достал уже!

Возня, шум закрываемых дверей, и мы тронулись. Сначала я пытался считать повороты и тайминги, но быстро сбился и плюнул на это грязное дело. Все равно, куда везут. Но вот выберусь — точно поубиваю с особым цинизмом, не врезавшийся мне в бока на поворотах насос меня бесил, а рэп, орущий так, что я почти оглох. И так в нем никаких музыкальных достоинств нет, а уж текстовка про крутых черных, мочилово белых, кокс и шалав это вообще нечто. Так что если они хотели привести клиента в соответствующее настроение перед допросом — ну привели, молодцы. Только вот не в то.

Наконец мы остановились, опять шум открываемых дверей и багажник открыли.

— Вылазь! — тот самый здоровенный негр взял меня за шкирку, не обращая внимания на возмущенный таким обращением треск худи, и перевалил через край багажника. Я звезданулся коленями и плечом, оберегая голову — руки-то стянуты.

— Вставай!

Какая-то дыра. Тускло светил вдалеке один недобитый уличный фонарь, а место, куда меня привезли — какой-то малоэтажный дом, грязное крыльцо черного хода, шприцы и окурки под ногами… В общем, какой-то бомжатник. Один негр завозился с ключами, и открыл старую обшарпанную деревянную дверь, в которую меня и заволокли. Мы прошли по коридору, негр открыл дверь комнаты…

Да, ну и помойка. Облупленные стены, обои в каких-то подозрительных пятнах, мебель хренпоймикаких годов… Бомжатник одним словом и есть бомжатник.

— Давай помогай, — негр, шедший впереди кивнул одному из моих конвоиров.