и достает из кармана мятые купюры. Протягивает их женщине, и та, недолго думая, хватает, после чего начинает раздеваться. Это какой-то кошмар. Я реально проживаю сейчас все это? Если это сон, я хочу немедленно проснуться. Немедленно! До меня начинают доноситься приглушенные стоны и хлюпающие звуки. Отвращение захлестывает с головой. Я закрываю уши руками, прикрываю глаза, пытаясь отгородиться от этой мерзости. Но тщетно. Звуки проникают сквозь пальцы, отравляя мое сознание. В глубине души зреет отчаянная злость, направленная на этот жестокий мир, на этих людей и на саму себя за то, что оказалась в таком положении. Не знаю, сколько я так сижу. Мерзкие звуки даже не собираются прекращаться, а становятся только громче. Вдруг я начинаю всем телом ощущать чей-то взгляд на себе. Не двигаюсь. Сижу с закрытыми глазами и ушами, но ощущения становятся все сильнее. Медленно открываю глаза и натыкаюсь на омут голубых глаз. Он опустился на корточки напротив меня и не сводит с меня глаз, отчего паника во мне только растет. Сейчас на нем нет маски и я отчетливо вижу его ухмылку. Его взгляд проникает сквозь меня, словно сканером, оценивая, изучая. Хочется отвернуться, спрятаться, но ноги будто приросли к полу. Он здесь, он реален, и эта реальность хуже любого кошмара. В нем есть что-то такое, что пугает до дрожи в коленях. Не только сила, но и какая-то непредсказуемость, дикость. Он тянется руками к моим. Касается своими ледяными пальцами кожи на руках, вызывая мурашки по всему телу. Не приятные, скорее пугающие. Будто настоящий зверь достал свою добычу и теперь собирается ею насладиться. Я в миг улавливаю его мысль и крепче прижимаю руки к ушам. Нет! Я не стану слушать эти мерзкие стоны! Не стану! Его пальцы сжимают мои запястья, отрывая руки от ушей. Я судорожно втягиваю воздух, всеми силами сопротивляясь, но он сильнее. Звуки оргии обрушиваются на меня с новой силой, вызывая тошноту. Он смотрит прямо в глаза, и в его взгляде нет ни капли сочувствия, только темная, завораживающая пустота. - Слушай, - шепчет он, его голос хриплый и низкий. - Внимательно слушай. Скоро придется поработать своим красивым ротиком для меня. Его слова ранят больнее, чем пощечина. Он намеренно заставляет меня видеть и слышать это, словно посвящая в какую-то ужасную тайну. Я закрываю глаза, надеясь, что он отстанет, но его хватка становится только крепче. - Открой глаза, - приказывает. Я не повинуюсь, но он словно чувствует мои мысли. Его хватка усиливается, до боли сдавливая запястья. Открываю